Михаил Захаров о белорусском хоккее, рождении дочери и троллинге в свой адрес

Гость программы «Марков. Ничего личного» - главный тренер минского хоккейного клуба "Юность" Михаил Захаров. Заслуженный тренер Республики Беларусь. Мастер спорта СССР международного класса. В прошлом советский и белорусский хоккеист.

Главной спортивной новостью этой недели стало назначение главного тренера «Динамо-Минск». Тем не менее, многие прочили на этот пост вас. А вы сами хотели на этот пост?

– Вы знаете, в КХЛ любой тренер хочет. Тренер, который говорит: «Я не хочу работать в КХЛ», - не верьте. Любой тренер, хоть с Лиды, Новополоцка, конечно, хотел. Это лучшая лига Европы. Моя мечта, как говорится. Любого тренера мечта. Как и каждый солдат мечтает стать генералом.

То есть, вопрос был именно в том, чтобы играть вместе с командой в КХЛ?

– Ну, с командой, видимо, никак уже не получится. Все говорят, что у нас нет денег на вторую команду. Ну, где-то я с этим согласен, поэтому навряд ли.

То есть то, что касается «Юности», этот вопрос пока не стоит?

– Не стоит. И уже давным-давно его не подымают. Это просто журналисты эту тему подогревают. Я знаю точно, что «Юность» не попадёт в КХЛ.

Неужели это настолько дорого присутствовать в чемпионате такого уровня на постоянной основе?

– Ну, вы знаете, скорее всего проблема в том, как туда пойти. Деньги деньгами, конечно. Но игроков не хватает. Не так сильно работаем мы, как хотелось бы. Может, если бы у минского «Динамо» был бы хороший результат, была бы вторая команда. Хотя у минского «Динамо» своё направление у «Юности» своё. Нам вполне по силам выступать в КХЛ.

Ну, вы же с Александром Андриевским играли в «Юности»?

– Да, и в сборной вместе в одном звене играли.

Как вы лично оцениваете это назначение? Он сможет вытащить «Динамо», поднять его с колен? Говорят, что сейчас «Динамо» находится на коленях.

– Знаете, я вам скажу так: русские в минском «Динамо» не легионеры.

То есть, белорусы для российского чемпионата и россияне для белорусского уже не легионеры? 

– Это всё дело правильное. Я считаю молодцы, что минское «Динамо» пошло в этом направлении. Я думаю, что Андриевский команду в плей-офф выведет. 

Надежда есть тогда.

– 100 процентов. 7 легионеров плюс ребята русские человека три, четыре они потянут. И это будет сильная команда. 

Вас считают самым откровенным человеком в белорусском хоккее.

– Зря.

Именно поэтому вы и здесь сегодня. Но, всё-таки, есть высказывания, о которых вы жалеете сегодня? 

– Нет.  Все мои высказывания честные и правдивые. Просто, журналисты раскручивают в свою сторону. Ни об одном я не жалею, что сказал. Есть люди, которые специально из того, что я говорю, делают что-то плохое. Я могу сказать не как Захаров, а как председатель тренерского совета. А люди преподносят как будто это моя идея. Вот и всё. 

Ну, смотрите, вы похвалили Андриевского, но достаточно жёстко критиковали тренера сборной Сидоренко. 

– Нет, ребята. Я его не критиковал. Вопрос в том, когда тренера назначают в национальную сборную, у нас есть регламент, который должны согласовать с тренерским советом. И Юшков об этом чётко знал. Но он этого не сделал.

Не был соблюдён регламент? 

– Нет. Если бы чётко пришли и сказали: «Ребята, вот Сидоренко». Я думаю, так бы и было. Но, Бережков делает так, чтобы всё было неправильно. В чём и проблема. И тренера у меня спрашивают: «Почему с нами не согласовывают?». Мне же тоже задают вопрос. У меня об этом Пушков спросил, у меня об этом Шульга спросил. Говорят, неправильно. У нас же есть тренерский совет. От тренерского совета, не от Захарова. У меня лично к Андрею Михайловичу нет никаких претензий.

Возникает ощущение, что за вашу спину пытаются спрятаться другие тренеры и использовать вас в качестве «рупора».

– Они выбрали меня. Они не используют меня. Они выбрали меня единогласным голосованием. Когда были выборы, за меня единогласно проголосовали. Все, по-моему, 16 тренеров, кроме одного тренера Кравченко. Он просто тогда был тренером сборной и воздержался. Все единогласно сказали, что я должен быть председателем тренерского совета. Поэтому я должен помогать, и я всегда помогаю. Когда я говорю, допустим, решу проблемы в Гомеле ещё где-то. Я говорю своим тренерам, коллегам, что у нас очень хороший тренерский цех. Я говорю: «Ребята, молодцы!».

Просто, возникает ощущение, я не люблю это клише что: «В хоккей играют настоящие мужчины», что именно вы постоянно на амбразуре. Вы объяснили, что вас не используют, а просто, вас так выбрали и это ваша обязанность получается? 

– Конечно, да!

Где остальные жёсткие мужчины тогда?

– Это другой вопрос к этим мужчинам. Хотя, вы знаете, я сегодня и с Олегом Хмелёвым разговаривал. Мы часто разговариваем, со всеми обсуждаем, что происходит в сборной. Многим нравится, многим не нравится. Но, как есть. 

То, что сборная вышла из первого дивизиона в элитный – это можно считать достижением сегодня? 

– Конечно. Во-первых, все переживали, и нет человека, который бы не переживал, по крайней мере из хоккеистов и тренеров. Чем хуже играет сборная, тем хуже нам всем становится. Когда вышла сборная, мы все плясали с Михалёвым, Чуприс. Мы все вместе обнимались, радовались. 

Но, у вас нет такого ощущения, что мы немножко начинаем снижать планку? В элитном дивизионе бороться на равных, но по крайней мере, у нас были такие надежды. То теперь уже сам выход в элиту, это уже достижение.

– Конечно. Во - первых, у нас ничего не поменялось за 25 лет. У нас как было две школы, так и осталось две школы. Ничего.

Две хоккейные школы?

– Вот, я в 1996 принял сборную тогда, по - моему, или тренером стал. Было две школы : Новополоцкая и " Юность - Минск", а сейчас  "Динамо - Минск" и " Юность - Минск". Всё, нет Гомеля, нет Гродно, школ нет.

Тогда объясните простую вещь. Та сборная, которая сегодня вышла в элиту, она сегодня в элитном дивизионе, на чемпионате, который проходит буквально в эти дни, на чемпионате мира. Она бы могла составить конкуренцию другим командам?

– Конкуренцию вряд ли она бы составила. Всё-таки много игроков было во внутренних чемпионатах, многих игроков не было с КХЛ. Но, что она не вылетела, я думаю, могли ребята бы по сражаться. Во - первых, Англия, Италия - это те команды, которые нам по зубам еще, Франция.

То есть мы бы с ними смогли?

– Смогли. Мы бы не вылетели. При хорошей подготовке, план брали, товарищеский матч, всё было бы нормально.

Я не люблю давать прогнозы и не люблю выпрашивать. Но всё - таки.

– 100% остались бы.

Остались бы? Но на ваш взгляд, когда мы сможем играть, как хотя бы на уровне 2002 года, когда мы сделали шведов? И это было событие! Потому что они до этого олимпийского матча, они в одну калитку делали все остальные команды.

– И канадцев в том числе.

И мы их выиграли. И это был праздник для всей страны. Вот, когда мы будем играть точно так же как 17 лет назад?

– Когда 30 хоккеистов будет у нас в КХЛ играть, тогда и будем. Запомните мои слова. Без минского "Динамо". 30 хоккеистов в КХЛ: кто - то в Омске, кто - то в ЦСК, кто - то в любой команде, в Казани. У нас пока сегодня только единицы играют.

Что для этого нужно, чтобы они там играли? Вот сегодня?

– Нужно очень хорошо тренировать нам. Детским хоккеем заниматься. Стали больше на иностранцев, на канадцев смотреть, и это не дало толчка вперёд.

Тот факт, что вы обозначили две школы только.

– Да. 

То есть, чем больше будет хоккейных школ...

– Должно быть восемь. В каждой области, по одной, хотя бы школе. В Брестской - одна школа, в Витебской, в Гомельской. Хотя бы по одной школе. У нас этого нет. Ещё раз скажу, у нас только две школы. У нас чемпионат идет детский между двух школ.

Хорошо. У нас есть чуть ли не в каждом районном центре Дворец. 

– Да, есть.

Есть условия, они созданы. Что мешает тогда организовать эти школы? От кого это зависит?

– Только от федерации хоккея. Они должны контролировать детские школы. Человек должен смотреть, ездить, наблюдать, что происходит в каждой школе, как им помочь. Этого нет сегодня. Надо признать, двумя школами мы не вытянем хоккей.

Достаточно много критики. Мне это нравится. Это придает программе определенный такой кураж. Но, в тоже время вы достаточно часто сами становитесь и объектом критики, и объектом троллинга.

– Мы знаем, кто это делает. Целая работа была проведена клубом "Динамо - Минск". Кто-то эту работу делал. И сам, кто эту работу делал, он чётко сказал: "Да, была проведена работа".

То есть, вот это вот: " До свидания, наш ласковый, Миша. Возвращайся в свой сказочный лес". Это специально было сделано?

– Да, конечно. Всё, что вы видели, было сделано специально. Человек, который это сделал, он сам в этом признался. Потому что, когда стали вопросы задавать. Он сказал: " Да. Это сделал я."

Как вы к этому относитесь? Вас это не задевает?

– Нет. Я даже половину не видел, что происходило. У меня была задача обыграть минское "Динамо". И выиграть эту серию.

Критика критикой, но вы справились с этой задачей.

– Да. Мы выиграли эту серию, у нас ничья: один выигрышный матч, один - проиграли. Всё. Супер. Серия никогда не играется с буллитами. Я даже удивился, когда буллиты начались, всегда по заброшенной шайбе.

Восемь раз стать чемпионами Беларуси, это - результат.

– Я думаю, огромный.

Классный результат! Но, в тоже время, вот вам самому не скучно  постоянно выигрывать?

– Во - первых, постоянно ты не выигрываешь, во - вторых, все таки по 7:7 было, по победителям. Мы и "Неман". 7 - мы, 7 - они. Правда, они за 30 лет, мы - за 15. Никто никогда не говорил, что за короткое время. Во - вторых, я думаю, что журналисту это не интересно. Ему интересно, чтобы другой тролль придумать. Поэтому в этом году как никогда старались. У меня родилась дочка. У меня день рождения был, у старшего сына и дочки, Кристины и Саши, в этот день. У меня все было в один день. Был этот год, ну, очень, как никогда. Тем более что я дочке пообещал, что я выиграю, для нее, для маленькой. Она, правда, ещё не знает об этом.

Но, есть ли критика, к которой вы обязательно прислушиваетесь? Легко ли быть тренером в стране, где сам Президент играет в хоккей?

– Не легко, не легко.

Это повышает требование?

– Конечно, это мотивирует. Ты знаешь, что наш Президент смотрит во время чемпионата, как сыграли. Он говорит: "О, вчера ты проиграл, почему проиграл?" Вы знаете, нашей стране повезло с нашим Президентом-хоккеистом. Что он в хоккее разбирается, я так, однозначно, скажу. Если бы не было Президента, не было бы хоккея. И, вообще, мы бы были уровня Румынии, может быть, Украины.

За вашу карьеру какой случай или какой матч вы действительно считаете своим самым серьёзным поражением?

– У меня их два было: как игрока и как тренера. Как игрока - в составе сборной СССР мы проиграли за первое место чехам. Было 2:0 и 4:3, проиграли и не стали чемпионами мира. Мне тогда было семнадцать лет и я чуть не плакал.

Вы до сих пор это помните?

– Да. Тренер у нас был Виталий Георгиевич, он тогда меня обнял и сказал: "На следующий год выиграем". И в Чехии мы тогда стали чемпионами мира. Гимн играет. Первый раз задираешь майку сборная Советского Союза. А как тренер - это, однозначно, проигрыш в Ванкувере швейцарцам, на всю жизнь запомню, по буллитам проиграли. Сражались, там команда сильная, КХЛовские игроки. Лучший вратарь КХЛ - Швейцария. И вот нам одного буллита не хватило, к сожалению, Мезин два пропустил. Тогда я на него надеялся. Думал, что Мелешко Дима забьёт, Дима - забил. Вот это всё для меня хотелось так пройти. Я три дня не выходил из дома. Хотя, все хоккеисты говорят, что это были лучшие Олимпийские игры за всю историю. КХЛовские игроки, Ванкувер, Монреальский стадион. Атмосфера. Полный стадион. Я никогда не думал, что на всю команду (20 000) будут ходить на все игры. Я думал, что это случайно, пришли на шведов посмотреть. Потом, когда мы играем с Германией следующий матч и опять полный стадион.

В недавнем интервью вы сказали, что вы больше не дебошир.

– Давно уже.

Рождение дочери сильное оказало влияние?

– Сильное. Даже очень сильное. Немножко хуже стал работать с игроками, более покладистым с ними стал.

Вы говорите про взаимоотношение с игроками. Эта тема часто становится предметом для обсуждения. О вас говорят, что даже когда команда побеждает со счетом 6:0, вы всё равно умудряетесь их критиковать.

– Вы знаете, я такую историю расскажу. Кто будет эту передачу смотреть, тот вспомнит этот матч. Но до этого, как говорится, у нас 3 выхода в 0. Они не забили. Молодец Брикун подтянул. Играют, можно сказать плей-оффные. Этого никто не видит, но 6:0. Всё здорово. Но если бы нам забили в первом периоде, -две эти шайбы залетели бы в наши ворота. Мы бы проиграли этот матч. Поэтому внутри серьёзные разборки идут. Очень серьёзные.

Из этих двух методов воспитания: влияния кнута и пряника. Какой на хоккеистов действует лучше?

– Ну, я не знаю. У хоккеистов нужно спросить. По крайней мере, он всегда работал.

Но, вы же всегда чувствуете.

– Да. Метод кнута, он всегда работал. Знаете, когда хоккеист плохо играет, плохо тренируется. Ты ему об этом говоришь. Я даже говорю: " Пока я тебе говорю, это хорошо - радуйся. Когда не буду говорить, тогда - всё". Восемь раз мы выигрывали чемпионат. Многие хоккеисты, с которыми я работал, стали великими хоккеистами. Поэтому, знаете, как сказал один хоккеист Костицын, когда я их тренировал с Грабовским, они, когда рассказывали другим, что это не правда. Сколько этим ребятам доставалось от меня, но они стали величайшими хоккеистами. Это я просто не могу сказать на телевидении, что и как мы тренировались с ними, но они прошли огонь и воду.

Об одной теме поговорили. Теперь о пряниках немного. В обывательской среде существует мнение, что хоккеисты очень много зарабатывают. Что у них там колоссальные зарплаты, а запросы просто зашкаливают. И вот Президент очень тонко отметил на совещании функционерами в НОКе “ бабло, тёлки, мерседесы” ( история одного блокнота), вы помните, наверное. А “Юности” это тоже касается?

Я ребятам говорю, что это некрасиво, когда ты показываешь всё это в Instagram. У нас, кстати, ребята довольно скромные. Я так за своими не замечал ребятами, чтоб они что-нибудь показывали. Это некрасиво, на самом деле. Меня этому, кстати, Капский научил, мы с ним на эту тему разговаривали научил, лет 5-6 назад. Он сказал: “Миш, у меня в контракте написано, что нельзя этого делать”. И мы с них пример брали, пытались объяснить, что не надо. Я думаю, что “Юности” этого не грозит.

То есть, в контракте прописано, что не надо педалировать эту тему. 

– Я и сам не участвую в этих соцсетях. Не вижу смысла. Я всем говорю. Посмотрите на Овечкина или Ковальчука. Вы увидите только тренировки, тренировки и тренировки этих ребят. Да, где-то он сидит с женой, где-то в ресторане, на отдыхе, но там будет вода стоять на фотографии. Поэтому, вот Овечкин… Вот, с этих ребят надо брать в первую очередь пример. Я думаю, что ко мне ребята прислушиваются.

“Юность” часто становится ньюсмекером. Слава Богу, очень часто в связи с победами. Но, иногда бывают такие случаи двоякие для восприятия. В начале апреля прошла информация, что два игрока “Юности” якобы попались с запрещёнными веществами.

– Игроки первого звена.

Какое-то время “Юность” отмалчивалась. Потом вы сказали, что это немножко не соответствует действительности.

– Но, так оно и есть. Если пишется что-то в печати… игроки “Юниора”, а не “Юности”. Это одна система, но всё равно игроки “Юниора”. А когда мне все по этому поводу звонили из-за границы ребята и они почему-то придумали, что это “Юность” была. Спрашивали: “Как это у вас произошло?”

Это не игроки “Юности”?

– “ Юность” – это “Юность”, “Юниор” – “Юниор”. Это разные команды. Все же думают, что “Юность” одна. Хотя тут есть и наша вина, что получился такой не приятный момент. И мы разбирались и с докторами, и с тренерами. Но получилось, как получилось. Я честно скажу, я против наркотиков. Хотелось, чтобы их было меньше.

Вас и без всяких стимуляторов называют энерджайзером белорусского хоккея. В 2004 году вы одновременно тренировали три команды: национальную сборную, молодёжную сборную и “Юность”. Вот, на сегодня вы способны на эти подвиги?

– Нет. В молодёжной тяжело было. “Юность” и сборная – это нормально. Знарок тоже из ЦСК, тоже олимпийскую сборную тренировал и стал олимпийским чемпионом. Ну, знаете, почему я тогда не отказался. Хотя надо было не тянуть, надо было уходить с молодёжной сборной. Я их воспитывал с 12 лет, я этих Костицыных и Грабовских. И мне вот в последний раз хотелось бы выступить с ними, доработать. Я очень много внимания уделял этой сборной. Но, в принципе получилось, что не с этой сборной очень много игроков, которые играют на высшем уровне. С другой стороны – тяжеловато было. Тяжеловато.

Потому что там были таланты в этой команде?

– Нет. Очень надо много сборов проводить. И там, и там. И ты разрываешься: тут молодёжная, там национальная сборная. Были в календаре специальные дыры сделаны под эти сборные, чтобы не в одно время попадали. Честно говоря, наверное, зря было. Надо было оставить. Но мы с молодёжной выполнили - вышли в группу А.

А если о вашей личной жизни судить, то на подвиги вы способны?

– Ещё как!

Вот, недавнее рождение дочери. Насколько я понимаю, это стало большим событием в вашей жизни. Вы мечтали именно о девочке?

– Да.

А почему так? Надоели брутальные мужики?

– Да, наверное. Вы знаете, где-то хотелось бы. У меня с дочкой старшей такие отношения хорошие. Она меня слушается, хотя она уже и взрослая. Я сейчас очень счастлив. Знаете, не всё так просто было, как кажется.

Вы стали мягче?

– Я думаю, что очень. Мне даже ни с кем не хочется воевать. Хочется больше дома посидеть, сходить на улицу с дочкой. 

Это у вас четвёртый ребёнок? Если следовать языку цифр, то фактически вы дважды, практически дважды, выполнили демографическую программу, личную демографическую программу. Александр Лукашенко недавно пошутил, что именно таких людей нужно назначать на высокие чиновничьи должности. И я понимаю, что доля шутки здесь есть. Но и в тоже время у вас не было желания, ну с учётом того, что в хоккее, как тренер вы сделали очень много – восьмикратный чемпион Беларуси, - не было желания перейти на функционерные позиции. Ну, например, возглавить федерацию хоккея?

– Вы знаете…

Если предложить себя.

– Витают мысли. Федерация хоккея не в том направлении идёт. Она должна заниматься проблемой номер один: детский хоккей. Вот, каждый день должен быть детский хоккей. Где-то поднимается школа, что в этой школе. Но у нас, к сожалению, на сегодня этого нет. Проблема от этого идёт. Федерация не может понять, а руководители федерации не могут понять, что детский хоккей номер один.

Мысли такие есть?

– Да.

Но впереди парламентские выборы. Если российский опыт использовать, у них там достаточно спортсменов в парламенте, в думе.

– Да. Третьяк и Фетисов.

Может, на депутатскую должность?

– Нет, это не для меня. Я должен делать то, что я умею. Там я не смогу, не справлюсь.

А министр спорта?

– Нет. Это должность такая, там должен быть человек, тот который разбирается. Министр спорта, это уникальный человек должен быть. Спорт тянуть и знать, что внутри происходит. Это нелегко.

Михаил Михайлович, тогда ответьте откровенно. Мы говорили о поражениях. А что для вас вершина, вот на сегодняшний день, которую бы вы ещё хотели достичь?

– Вроде бы уже всего достиг. Даже уже не знаю - в Лиге чемпионов, конечно, хотелось бы поучаствовать. Но видно, что у нас такие условия, которые создала нам федерация, мы не можем конкурентоспособными быть с клубами. Но хочется. Когда мы вышли в 1/8 Лиги чемпионов, попали на шведов. Они выиграли Лигу чемпионов. Это очень интересное соревнование.

Лига чемпионов сегодня – это мечта или цель?

– Это мечта и цель. И всё равно, я думаю, мы попытаемся, если у нас игроки не разбегутся, можно на следующий год пошуметь.

Я очень доволен сегодняшним разговором, как руководитель программы и автор этого проекта.

– Отличный проект.

Я скажу вам спасибо за этот разговор, за откровенный разговор. И знаете в чём, я хочу пожелать вам удачи? В первую очередь, в воспитании нового человека.

– Это номер один.

А во-вторых, желаю, чтобы мечта и цель, которую вы озвучили, чтобы они состоялись.

– Зная, как надо двигаться, немножко я тут забуксовал, но я думаю, что всё у меня будет хорошо.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram