Николай Стариков – о покушении на Лукашенко, внутренних террористах, ЦРУ и реакции Кремля

Николай Стариков – о покушении на Лукашенко, внутренних террористах, ЦРУ и реакции Кремля

Российский взгляд на попытку госпереворота в Беларуси. Почему опасно отвлекаться на умиротворяющую обстановку и самовары при обсуждении убийства первого лица страны, его детей и соратников? Как расценивать тотальное молчание западной прессы на провалившийся с треском план «Тишина»? Кто стоит за людьми из Zoom-конференций и к чему может привести подобное криминальное рандеву? Об этом и не только разговор с известным российским общественным деятелем, публицистом и блогером Николаем Стариковым в программе «Марков. Ничего личного».

- Марат Марков: Дикие слова и такая умиротворяющая атмосфера в ресторане. Убийство Президента обсуждается под вареники, под сало. Николай Викторович, то, что обсуждалось и предполагалось, – это кровавая бойня? 

- Николай Стариков: Это государственный переворот, в котором должно быть убийство. И наверняка не одного человека. Убийство высшего должностного лица Беларуси. 

- Марат Марков: Как это было воспринято у вас, в России?

- Николай Стариков: Здравомыслящие люди, патриоты, конечно, воспринимают это крайне серьезно. Потому что мы прекрасно понимаем, что подобные заговоры – это не какая-то особенность Беларуси, а это американский подарок всем тем, кто не «ложится» под американцев. И в этом смысле мы все в зоне риска. Некоторые либералы постарались как-то это высмеивать. Думаю, что именно с этим фактом связано то, что президент России поставил точки над «і» в этом вопросе. Его выступление показало, что, конечно, все очень серьезно – не просто видео, не просто ресторан, не просто вареники. Это попытка государственного переворота. Причем очень важно, что Путин еще расставил несколько акцентов, которые показывают, что само собой это не могло произойти. Это не просто «энтузиасты», которые за чаем решили обсудить какие-то недозволенные речи. Выключение электричества в Минске – это вопрос, который можно решить только в сотрудничестве с западными спецслужбами. Если мы с вами вспомним недавнюю историю убийства Каддафи, вот это «Вау», которое произнесла тогдашний государственный деятель США Хиллари Клинтон, нам станет понятно, что убийство президентов для них – это не более чем часть какого-то страшного шоу. И никаких угрызений совести у них точно нет.

- Марат Марков: У «диванных критиков» пошла такая реакция, что, мол, сидят и обсуждают эти вещи не люди с лицами от Ломброзо, а такие покемоны. Хотя я знаю background каждого из них, но все-таки, вас эта внешность вводит в заблуждение?

- Николай Стариков: Обсуждать внешность тут вообще не стоит. Вот давайте просто на секунду представим себе: несколько человек собрались где-нибудь в Лондоне и разговаривают «под колпаком» британских спецслужб, решая убить президента Соединенных Штатов Америки. Неважно, какого. Вопрос: а президентов США когда-нибудь убивали? Увы, это случалось. Сказали бы американские спецслужбы «ну слушайте, это не серьезно, в Лондоне, подбородки не такие волевые»? Ну, нет конечно! Повязали бы вместе с MI6, возбудили бы уголовное дело и посадили бы лет на 150. Почему? Ну, потому что есть состав преступления. Дальше должно быть следствие. Дальше должен быть суд. Нельзя оценивать преступников потенциальных по волевым подбородкам, отсутствию лысины или наличию, как у нас с вами. Если она есть, то серьезные люди? А если волосы до плеч – пускай, значит, разговаривают и делают, что хотят.

- Марат Марков: Заговорщики свой план назвали «Тишина». Но, согласитесь, треск провала вышел очень громким. Но меня удивила полная тишина в западных СМИ, хотя планировалось убийство президента европейской страны, одного из сооснователей ООН, на минуточку. О чем говорит это европейская тишина, на ваш взгляд?

- Николай Стариков: Об информационной войне. Потому что, когда вы расскажете о попытке захвата власти, любой нормальный человек будет сочувствовать Лукашенко. Его хотели убить, была непонятна судьба его близких, детей. Он – законно избранный Президент. Он – человек, в конце концов. Поэтому симпатии пусть будут на его стороне, а антипатии – на стороне этих потенциальных заговорщиков и преступников. А информационная война ведется для того, чтобы создавать отрицательное впечатление о ком-либо. О Лукашенко, о Беларуси, о России надо говорить только плохое. И никогда не рассказывать ничего, что вызовет симпатию в их сторону. Раз они не говорят и не могут сказать ничего хорошего, значит, они просто игнорируют. 

- Марат Марков: Инфоповоды последних дней конкретно в западных СМИ. Обвинения в адрес России о взрывах в Чехии в 2014 году, то есть семь лет назад, вдруг неожиданно возникли в субботу вечером, сразу после нашего репортажа, дипломатический кризис, Навальный, который, по мнению западных СМИ, должен помереть в эти дни, и санкции в отношении Беларуси, России, плюс политический кризис вокруг событий в Украине. Что из событий имеет связь с этим мятежом в Беларуси?

- Николай Стариков: Все имеет связь. Государственные перевороты, убийства руководителей [стран] – это визитная карточка ЦРУ. Сейчас мы, конечно, может, уже подзабыли об этом, но если вспомнить 70-е, 60-е, начало 80-х, перевороты шли один за одним. ЦРУ просто их на поток поставило. Сейчас цветные революции, поэтому это стало не модным среди американских разведчиков. Но в целом такая ситуация, собственно говоря, остается. И, опять-таки, ключевым моментом того, что мы узнали, услышали, увидели, было убийство Президента Беларуси. Потому что очевидно. Ну, вот выключил ты свет в Минске. Но если Лукашенко жив-здоров, свет включат, нет никакого сомнения. А потом выключат тех, кто выключил свет. Поэтому без убийства никаких дальнейших действий было невозможно предпринимать.

- Марат Марков: Что не так в реакции США сейчас? Или все очень закономерно?

- Николай Стариков: Это тот редкий случай, когда я согласен с американскими господами, потому что, конечно, Госдепартамент не имеет к этому никакого отношения. ЦРУ имеет. Это совершенно иная контора. Но для того, чтобы понять, что причастны США к этим действиям, совсем необязательно нам с вами читать турецкие газеты. Можно просто включить логику. Потому что самое главное в любом государственном перевороте – это не просто захват власти, а международная легитимизация. Вот пример Украины наглядное тому и страшное свидетельство. Убили бы Януковича, вот давайте представим на секунду, это бы сильно изменило все дальнейшие события. Потому что живой Янукович портил всем карты. Но даже живой Янукович не помешал признанию Западом новой нелегитимной власти в Украине, в нарушение Конституции созданной. Вот как так? Вот представьте, люди решили захватить власть, разрушить страну, разорвать соглашения, которые тот же самый Янукович с ними уже подписал. Что еще-то надо? И еще бы убили действующего президента. Нет признания из Вашингтона – значит, нет признания Европы. Нет признания Европы – значит, нет признания почти всех остальных стран, которые выстраиваются за ними в кильватере. А это значит, ну, захватил ты власть в Киеве, а что дальше-то? Кредиты тебе не дадут, на конференции не позовут, преступником тебя будут называть и ждать, когда можно захватить, ввести санкции, увести куда-нибудь. То есть, захватив власть, ты должен получить международное признание. Поэтому вопрос такой: а кто у нас в мире дает международное признание? Мы, может, с этим не соглашаемся, но тем не менее. Без признания Соединенных Штатов Америки сегодня любая власть, захватившая вооруженным путем, будет путчистами и нарушителями закона. И только Вашингтон имеет некую волшебную палочку, которая из преступников делает правозащитников и борцов за свободу. Поэтому без дальнейшего признания Вашингтона ничего невозможно делать.

- Марат Марков: Согласитесь, что определенная реакция политических кругов США произошла. Мы буквально видим, Тихановская, уже немного подзабытая, опять вещает, завела эту пластинку о новых санкциях. И у нее в качестве партнера по разговору, по посещению памятных мест в Литве, это потерявшаяся на границе Беларуси посол Фишер, которая напрямую поддерживает человека, в отношении которого возбуждено уголовное дело в той стране, куда она назначена послом. Поэтому это самый очевидный ответ на сегодняшний день, в отношении тех событий, которые произошли. То есть это такая легитимизация поддержки. Или я ошибаюсь?

- Николай Стариков: Нет, вы не ошибаетесь. Конечно, это и есть легитимизация поддержки на том уровне, в котором она может быть сделана. Понятно, что дальше, слава богу, после не получившегося госпереворота должны были быть назначены выборы. Опять-таки, пример Украины об этом говорит. И дальше мы представляем себе давление, Тихановская, которую бы достали из старой колоды. И попробуйте раскрутить другого кандидата в течение короткого промежутка времени под давлением всех западных СМИ, с невероятно огромными бюджетами, когда кричали, что Тихановская как раз то, за кого надо голосовать. Сценарий. Но опять-таки, нужно захватить власть, изменить ситуацию и убить законного лидера Беларуси. 

- Марат Марков: Федута открыто с экрана говорит о том, что наиболее вероятный сценарий – это египетский 1981 года, когда Анвара Садата убили прямо во время парада. Вот цитата: «Это, по-моему, единственный сценарий, который можно реализовать». Это цитата не моя, это цитата Федуты. Почему, с его точки зрения, этот сценарий был наиболее оптимален? 

- Николай Стариков: Мы можем предполагать, что белорусские военные, силовики, они верны присяге. И заговорщики это адекватно оценивают. У них, наверное, есть какие-то силы, потенции, какие-то, может быть, боевики, незаконные формирования, которые могли бы обеспечить блокировку тех, кто верен присяге и точечно совершить какие-то террористические акты. Я предлагаю прямо в срочном порядке использовать наработки мировой демократии. Может быть, вот прямо с сегодняшней программы. О чем идет речь? Запад силен не только экономикой, он силен еще и своими терминами. Вот смотрите, пытались люди захватить Капитолий. У нас бы их назвали протестующими. Как их назвали в США? Внутренние террористы. Вот то, что произошло в Беларуси, это не люди, сидящие в ресторане. Это точно внутренние террористы. Они готовили террористический акт, и еще несколько. Убийство Президента – теракт? Да, конечно, теракт. Убийство его охранников и близких – теракт 100-процентный. Выключение энергоснабжения столицы. Да, конечно, террористы! Кто ж еще-то? Поэтому надо называть их террористами, тогда Западу будет сложнее от этого уворачиваться и показывать, что все это ерунда. Нет, готовились террористические акты. Вы же боретесь с международным терроризмом? Ну, давайте, давайте, покажите свою принципиальность. 

- Марат Марков: Очевидно даже то, что мы видели на экране в их разговоре. Они своими устами озвучивают, что они будут захватывать символические объекты в центре города. И понятно, что это государственные объекты, и понятно, что они охраняются, и понятно, что там есть не только охрана, но и люди работающие, в том числе и телевидение, которое они собирались захватить в центре города. Это мы, других вариантов здесь нет. Очевидно, что жертвы были бы неизбежны. И об этом говорится рутинно. Хотелось бы, чтобы это больше всего поняли люди, которые смотрят на эту ситуацию. Я очень надеюсь. Во время расследования представители КГБ четко обозначили, что задержанные уже сотрудничают со следствием, они уже дают показания. Я думаю, что мы услышим еще много чего интересного. За последние 45 лет в мире произошло порядка двухсот переворотов и революций, скажем так. Концовки сами разные. Но, на ваш взгляд, мы с вами, допустим, знаем концовку по Египту, то есть потом мятежники были уничтожены, в течение года они были расстреляны. На что могли рассчитывать эти люди из Zoom в случае победы? Я прекрасно понимаю, что они, скорее, ширма, есть заказчики. Что бы с ними произошло, на ваш взгляд?

- Николай Стариков: Здесь вариантов несколько – есть хорошая новость, есть плохая – для них, конечно. Но помимо их ареста и разоблачения, я думаю, что подобные люди получили бы какое-то продвижение по службе внутри той разведки, которую они представляют. А если бы они были не ценным материалом, что тоже нельзя, как говорится, отрицать, они были бы ликвидированы. 

- Марат Марков: Расходный материал. 

- Николай Стариков: «Торжество демократии» в Беларуси ничем бы не омрачалось. Также, как и то, что произошло в Украине, вы правильно сказали, – большое количество жертв простых людей. Я даже имею в виду сам переворот, который был в феврале 2014 года. А потом их всех записали в жертвы демократии. Обвинили в том, что кровавый Янукович и непонятно чем приписанная Россия участвовали в этом. Сами убивают, а потом сами плачут на их могилах. Это обычная история для государственных переворотов. Мне кажется, что здесь все достаточно очевидно, потому относиться к этому надо крайне серьезно. В любой стране это было поводом для ареста и следствия без какого-то исключения. Поэтому просто надо называть их так, как они заслужили. Дальше ждем работы следствия. Очень хорошо, что у нас такая кооперация у спецслужб налажена, а не только на уровне армии, транспортных каких-то вещей. В общем, давайте больше сотрудничества, больше Союзного государства, больше взаимной помощи и поддержки. Это как раз то, что нам сейчас нужно. И речь не только о Беларуси. Подчеркну. Конечной целью всех коопераций Запада, конечно же, является Россия. Надеюсь, не обижу вас, сказав, что при всем уважении к Беларуси, но все-таки, если удастся каким-то невероятным, страшным способом ослабить, развалить Россию, то Беларусь не сможет одна выстоять в этой неравной схватке с западным миром. Поэтому только вместе мы можем противостоять, сохранить свою идентичность, развивать экономику, двигаться дальше, укреплять обороноспособность и помогать нашим ввергнутым в братоубийственную войну соседям как-то выходить из нее с наиболее здравомыслящими и меньшими потерями и, конечно, как-то воссоединяться с нами. 

- Марат Марков: Николай Викторович, я скажу вам откровенно, у меня нет иллюзий по поводу того, что Беларусь самостоятельно в этой ситуации может выстоять. Но это всего лишь логика политических событий, история политических событий, она очевидна. Мы в любом случае тесно связаны. Песков буквально вчера сказал, что «уязвимость или Москвы, или Минска усиливает опасность для другой стороны». И до этого один из военных экспертов на программе у Соловьева высказался, что «безопасность моей страны, то есть Беларуси, она во многом определяется усилением военного контингента, в первую очередь на западных границах Союзного государства, созданием военных баз в том числе». Насколько на текущий момент оправдан этот шаг и как он согласуется с суверенитетом?

- Николай Стариков: Я не вижу никаких проблем с суверенитетом. Опять-таки, давайте посмотрим, как говорится, на международные примеры. Кто-то сейчас в Европе может сказать, кроме нас с вами, что Германия, на территории которой находятся американские, британские и французские войска, это не суверенное государство? Ну, они ж не скажут. Но, тем не менее, там же находятся эти войска, которые непонятно от кого Германию защищают. Наверное, от Франции, я думаю. Может, от Польши защищают? Может, от Голландии или страшного Люксембурга? Но никуда уходить не собираются, потому что они являются гарантом определенной политической стабильности всей Европы. А вот на границах Беларуси как-то дружественных государств не всегда можно найти на карте. Вопрос: нахождение в этой ситуации воинских контингентов дружественного государства добавляет стабильности? Очевидно, что добавляет. А насчет суверенитета. Ну, как же суверенитет будет куда-то уходить? Нет. Тем более что у вас Президент такой волевой, что о суверенитете Беларуси, я думаю, что беспокоиться точно не стоит.

- Марат Марков: Это мы не просто охраняем. Президент обозначает совершенно четко: «Суверенитет – определяющий». Кстати, защита западных границ, это входит в нашу общую военную доктрину как бы то ни было. То есть защита границ Союзного государства. Негосударственные и оппозиционные ресурсы и у нас, да и в России, они пытаются всячески отводить вопрос в сторону и спускать на конспирологические теории. Один из семи участников обсуждения этого переворота в Zoom, Перепечко, утверждает, что Zoom – это открытый клуб, и они собрались, чтобы просто поговорить. И вообще здесь никакой речи не шло ни о мятеже, ни об убийстве. Прокомментируйте нестыковку с их стороны.

Николай Стариков: Мне кажется, очень просто, ведь людей арестовывают не за сессию в Zoom, не за пост в Facebook, как это, кстати, в Америке, а за какое-то действие или попытку этого действия. Совсем недавно в Великобритании было несколько молодых людей, осужденных на очень серьезные сроки, прям на десятилетия – за возможность создать террористический акт. Я, может, коряво это сказал. Я возьму нож, зайду в музей Британский и пырну кого-нибудь…

- Марат Марков: То есть они обсуждали просто эту тему?

Николай Стариков: Да, они это обсуждали. Они никого не ударили, никакой нож не взяли, но кто-то пошел в музей и у него в сумке был нож. И все – 30 лет. Но людей арестовывают за намерения совершить страшные преступления. И намерения эти доказаны судом. И срок получают не как за осуществленное преступление, а как за подготовляемое.

- Марат Марков: Это отдельная статья, я согласен. 

Николай Стариков: Конечно, поэтому человека взяли не за сессию в Zoom, а за обсуждение убийства Президента и подготовку госпереворота. Нет такой статьи «Обсуждение в Zoom» и не будет. Но есть статья другая. 

- Марат Марков: Дата. ФСБ обозначила, что предполагаемой датой теракта будет 9 мая. Наши спецслужбы говорили об июне-июле. И на этом сразу же построена конспирология, что на самом деле ничего не должно было произойти. То есть убийство перестает быть убийством от даты?

Николай Стариков: Следствие только начинает свою работу. Есть какие-то разрозненные факты, есть два человека, которые в первую очередь известны как организаторы. Но это не все. Дальше начнется распутывание этого клубка – показания… В общем, мы фильмы с вами смотрели, знаем, как следствие проходит. Примерно так. И говорить, что все заранее известно, это глупость какая-то. Меняются знания правоохранительных органов от степени того, что происходило. Поэтому попытка высмеять, попытка поставить под сомнения, что бы вы ни сказали, реакция будет ровно такая же.  

- Марат Марков: Николай Викторович, самый громкий пас, который они посылают в сторону Беларуси, – это ставит под сомнения, с кем встречались Федута и Зенкович в московском ресторане. Кому они «нарезали» задачи? Кому они предлагали «покрысятничать» с неучтенными якобы деньгами? Вас это тоже смущает, что мы не знаем пока и пока не показали этих лиц?

- Николай Стариков: Следствие никому ничего не обязано показывать. После окончания следствия прокурор должен доказывать в суде. А никаким независимым журналистам, фэйсбучным аналитикам следствие ничего и никому не должно. Оно опубликовало какие-то кусочки, чтобы было понятно, что есть записи, есть люди. Представьте, если бы не опубликовали вообще ничего. Нет, ну это как-то не хорошо. 

- Марат Марков: Вы же видите, как чехи поступили. У них есть какие-то секретные данные [о взрыве в Чехии в 2014 году], они ими не поделятся, но для них все ясно, мы должны им верить на слово. Примерно так они делают. 

- Николай Стариков: Но они же демократы, конечно, мы должны им верить на слово. И американцам мы должны верить на слово. И всем остальным мы должны верить на слово. И только самим себе мы точно не должны верить! Вот такая логика, которая наслаивается на западнофилию и русофобию. К сожалению, это достаточно часто встречающийся подвид, живущий в основном в Facebook. «ВКонтакте», в «Телеграме» это более редкий гость. Я бы даже сказал – вымирающий вид.

- Марат Марков: Николай Викторович, чем может аукнуться для Беларуси и России вот это криминальное рандеву, точнее его финал? Локальная война, она возможна?

Николай Стариков: Государственный переворот – вещь сложная, она не всегда получается, слава богу, успешно. В Украине это привело к гражданской войне. Если бы что-то начали реализовывать в Беларуси, в любом случае Россия не смогла бы оставаться в стороне от событий при любом их развитии. Но мы знаем, кто и что сделал в Украине, мы не можем то же самое позволить сделать в Беларуси. Не только потому, что мы любим Беларусь. Но потому что мы любим Россию, потому что мы любим Союзное государство. Мне кажется, что одна из этих развилочек этого страшного готовящегося госпереворота – это попытка втянуть Россию, дальше показать ее с неприглядной точки зрения. Здесь вы можете удивиться, в конце концов – обвинить Россию в убийстве белорусского Президента. 

- Марат Марков: Я совсем не исключаю такой версии со стороны наших оппонентов. 

Николай Стариков: И дальше все представить понятным для западного зрителя. Значит: Россия – средоточие зла, так поступает со своими союзниками для того, чтобы всех и вся оккупировать. Здесь можно логику ставить дальше сколько угодно. Но это не получилось. Теперь некоторым придется отвечать, а некоторым – молчать. Потому что некоторым, по сути, нечего сказать. 

- Марат Марков: Николай Викторович, спасибо вам за этот разговор! Будем надеяться, что до этих крайностей не дойдет.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram