Гендиректор «Белвеста» Юрий Суманеев – о настоящей белорусской обуви, золушках, экокоже и IТ в обувной сфере

351

Гость программы «Марков. Ничего личного» – генеральный директор СООО «Белвест» Юрий Суманеев.


- Юрий Геннадьевич, какой размер обуви у белорусов и белорусок сегодня наиболее востребован?

- Женщины всегда предпочитают обувь маленькую снаружи и очень большую внутри.

- Скажите, какой размер продаётся лучше всего?

- Лучше всего продаётся средний размер. Распределение размеров идёт от 37 до 38 в большую или меньшую сторону.

- Это и есть золотая середина?

- Да

- 80% ассортимента – это женская обувь. Это правильная оценка?

- Да.

- Женщины сегодня законодатели моды и законодатели спроса?

- Да. Совсем недавно было 60/40.

- Что изменилось?

- Женщины любят себя побаловать. Женская обувь – это особый предмет гардероба.

- Её не может быть много?

- Она игрушка и вожделенный предмет, который создаёт законченный ансамбль, в котором женщина себя видит.

- Сегодня основной рынок сбыта для предприятия – это Россия?

- Да.

- Это нормально?

- Да, потому что у нас общий рынок. Входить в рынок, который больше в несколько раз, и завоёвывать его правильно. Его не надо отпускать, он такой же домашний, как и белорусский.

- Вы уроженец и гражданин России?

- Да.

- Этот факт после назначения создавал дополнительные сложности тем, что вы поднимаете белорусское предприятия?

- Когда я пришёл на «Белвест», то об этом совершенно не думал. Я не ощущал какого-либо сопротивления или негатива. У меня было серьёзное напутствие бывшего нашего губернатора Андрейченко В.П., который сказал: «Ты приходи, работай, инвестируй, развивай, но всегда помни, что для нашей страны это особые правила и установки, так как мы социально-ориентированное государство». Это было единственное, что дало старт мне в жизни в Беларуси и что сегодня является моим лозунгом.

- Чья обувь на вас сегодня?

- Естественно, своя.

- Попробуйте прорекламировать свою обувь с точки зрения качества кожи. Я слышал, что у вас чуть ли не ортопедические подошвы, они очень адаптированы.

- Обувь, которую мы создаём, позволяет сохранить здоровье. В целом она не является ортопедической. Последнее время ортопедической обувью считается та, у которой есть определённое количество вставок, бугорков, продуманных или непродуманных элементов. Одна из главных составляющей обуви – она должна быть удобной и подходящей под те ноги, на которые её надевают. Эти параметры сильно зависят от национальных принадлежностей человека, который носит эту обувь. Антропометричеcкие различия у нас очень велики – между славянами и европейцами.

- Это надо учитывать?

- Да.

- Кожа натуральная?

- Обязательно. Кожа только натуральная. «Белвест» всегда работал и работает только с натуральными материалами. Это наша фирменная визитная карточка. Именно поэтому мы носим последние годы слоган «Настоящая обувь». Обувь настоящая с точки зрения производства вкладываемых туда технологических моментов, используемых материалов и кожи.

- Чем ноги белорусов отличаются от ног китайцев?

- Наши ноги более наполненные и сформированные. Мы крепко стоим на своих ногах. Это нужно учитывать. Итальянские модели… Многие из нас, кто интересуется обувью, понимают, что это важный элемент в ансамбле, одежде человека. Неоднократно покупая эту обувь, удивлялись, что приходиться покупать на размер или два размера больше. Это происходит потому, что эта обувь не создана для формы нашей ноги. Люди уговаривают себя, что идут годы и с этим надо как-то мириться, они начинают покупать обувь неправильно созданную, не для этой ноги, мучиться при её носке.

- Получается, белорусские женщины – это не золушки? Не спадает обувь, если крепко держится?

- Самые маленькие размеры, которые у нас есть, подтверждают, что золушки.

- Вы хорошо и вкусно рассказываете про собственную продукцию. Почему мы так мало слышим подобных вещей с экрана телевизора? Вы сами видите с каким усердием на всех телеэкранах Беларуси идёт реклама обуви непонятного происхождения и качества. Я прекрасно помню времена, когда экокожу называли дерматином, а реплика – подделка. Такая была терминология раньше. Почему, имея такие козыри на руках, вы ими не пользуетесь, отдаёте рекламное пространство «шестёркам»?

- Термин «искусственная кожа» был придуман в Советском Союзе для того, чтобы поддержать тех людей, которые не могли в тот момент купить продукт из натуральной кожи.

- Главное, чтобы в названии присутствовало слово «кожа»?

- Да. Потому что это полиуретановая композиция, которая используется для пошива недорогой обуви. Она звучит с некоторым внутренним сарказмом – «экокожа». Там нет ни эко, ни кожи. На сегодня это маркетинговый ход, который позволяет продвигать продукт другого ценового и качественного уровня. Вы правильно заметили, что мы начинаем уступать место и по узнаваемости, и по проникновению в этот продукт. Отпускать этот рекламный рынок нет никакого смысла. Здесь есть наша недоработка. Но у нас много верных покупателей. На сегодня армия поклонников «Белвеста» самая большая. Мы это видим по нашим программам лояльности. К нам возвращаются не только покупатели, но и семьи, приходят знакомые тех, кто стал верным поклонником нашего продукта.

- Кто-то купил и охарактеризовал?

- Мы не хотим находиться на этапе самоуспокоения.

- Имидж же тоже имеет значение, согласитесь?

- Да. Но не хочется заниматься дешёвым пиаром. Наверное, внутренне это не моё.

- Давайте тогда заниматься дорогим пиаром. Я хочу носить не просто дорогую, качественную обувь, но и хочу гордиться, что мы производим её в нашей стране. Это не пустые слова. Часто мы снисходительно относимся к продукции лёгкой промышленности. Это определённая традиция.

- Я бы даже сказал, что это какая-то болезнь.

- Согласен.

- Даже бывают страны, которые начинают свой производственный путь развития и с большой гордостью относятся к тому, что даже на ремесленном уровне производится в этой стране. У нас есть такой переломный этап и какое-то наследие. Относятся скептически, что это мы делаем сами. Главный проверочный элемент в том, что мы сегодня продаём настолько больше на экспорт, и это является главным признаком конкурентоспособности продукции. Заниматься неправильным пиаром, который бы доносил философию продукта, не было смысла, потому что сегодня слава ещё бежит впереди нас. Но главное – не допустить этого разрыва.

- Правда, что фура с обувью может стоить больше, чем сама фура? И продаётся точно быстрее?

- Давайте легко посчитаем. Женские высокие сапоги на меху, которые могут стоить до 200 долларов в торговле в рознице. 5000 пар положить в фуру – это миллион долларов. Это уже не стоимость КАМАЗа, а БЕЛАЗа.

- Совершенно верно.

Это достаточно дорогой продукт.

- Какой в цифрах объём экспортной выручки, которая приходит в государство извне?

- Реальные деньги, которые мы сегодня зарабатываем из внешних рынков, – более 80 миллионов долларов в год. По объёмам экспорта сопоставимы с грандами нашей промышленности, которая сегодня на слуху. На этом мы не хотим самоуспокаиваться. Мы понимаем, что не все рынки на сегодня охвачены.

- Вы можете озвучить ваши предприятия в цифрах?

- Количество работающих на нашем предприятии – около 3000 человек. Дополнительная розница, которая у нас существует, – это ещё около 2000 человек, магазинов – 407 (это плавающая цифра), из них 53 – в Беларуси, остальные – в России.

- Для того чтобы создать одну пару обуви, требуется примерно 185 операций?

- Для этого необходимо 185 пар рабочих рук.

- Даже так?

- При этом они производят около 250 операций. Это трудоёмкий процесс. 

- В этом и вся соль. Мы – IT-страна. Мы на шаг впереди многих стран по этому вопросу. Как быстро мы сможем заменить эти 185 пар рабочих рук роботами?

- Жизнь идёт в этом направлении. Много препятствий на этом пути. Роботы внедряются в таких отраслях, как машиностроение, автомобилестроение и прочих производствах, где есть жёсткие детали и допуски позволяют работать роботу так точно, чтобы он поставил нужную деталь в нужное место и выполнил производственную операцию. Мы сегодня работаем с мягкими и тягучими материалами. При этом некоторые операции и построены на этом, чтобы материал вёл себя как живой.

- Нужны всё-таки человеческие руки?

- Руки и внимание человеческое. На сегодня мы опять, вы правильно сказали, впереди планеты всей. Мы с моим партнёром, являющимся также моим партнёром в «Белвесте», создали предприятие, научно-технический центр, в котором на сегодня работает больше 130 инженеров, которые работают не только в области IT, чисто программирования, а создают роботизированные комплексы по внедрению в работе обувной промышленности.

-  Вы на перспективу думаете об уменьшении издержек производства?

- Это не только издержки, это и качество работы, и длительность работы. Робот может работать круглосуточно.

- Это будет быстрее?

- Это будет интенсивнее и эффективнее.

- Хорошо. А какую операцию, допустим, уже сейчас робот может заменить совершенно свободно?

- В мире были роботизированы только две операции – шершевание обуви и клеенамазка. Но на сегодня мы продвинулись гораздо дальше. Целый цикл производственный, заключающийся в дефектовке кожи, её раскрое, в обработке деталей. Прямо сейчас проходят производственные испытания оборудования, работающие только на базе роботизированных комплексов.

- Это здесь, в Беларуси, вы делаете?

- Это именно на нашем предприятии в Беларуси. Это уникальный опыт, который на сегодня еще не разработан и не применен нигде в мире.

- Совершенно конкретный пример – Gucci. С одним из стартаперов белорусских было создано приложение, которое позволяет дистанционно, виртуально примерять обувь. Скачиваешь приложение, направляешь камеру себе на ноги и выбираешь обувь из перечня 3D-картинок. Смотришь, как она выглядит у тебя на ноге, и получаешь информацию, насколько она подходит тебе, удобна или нет. Вы не думали с точки зрения креативности и с точки зрения удобства для пользователя использовать это?

- Об этом мы как раз сами думаем. Думаем на шаг вперёд о том, чтобы не просто понять, насколько та или иная пара обуви будет для вас удобна, но и какую надо произвести для вас, чтобы она была гарантированно удобной.

- Персонально для человека.

- Идентифицирована.

 - Хорошо. Давайте вернёмся к продвижению продукции. Меня интересует вопрос, связанный с реальными конкурентами на рынке. Куда пропала, во-первых, компания Salamandеr? Потому что в магазинах за рубежом ты видишь не столько их обувь, сколько совершенно другую. И кто сегодня реально является для вас конкурентом в Беларуси или за рубежом? 

- Самый такой хороший период становления «Белвест» прошёл именно с Salamander (отец нашего предприятия). Сегодня бренд, пройдя несколько стадий трансформации, вернулся в Германию и принадлежит одной немецкой фирме, пытается возродить производство на других производственных площадках. Бренд сохранился. Он живёт сегодня и в околообувных частях. Это обувная косметика, оконные профили.

- Но обувь, которая идёт ещё под этим брендом, кто шьёт? В Китае, в Германии? 

- В Германии нет обувного производства. Это слишком дорого. Вот и пошли идеи о создании роботизированного производства, чтобы попробовать вернуть производство обуви в Европу. Ещё в странах Южной Европы, даже в таких развитых, как Италия, Испания, Португалия, существует производство обуви высокого и среднего класса, ниже которого они не опускаются.

- В Беларуси кто у вас основной конкурент, и есть ли он в вашем ценовом сегменте?

- На сегодня мы считаем, что для нас главный конкурент – это мы сами. Мы должны преодолеть собственные некоторые ограничения, которые мешают нам в своём развитии. Конкурентов, которые бы мешали нам на рынке, нет. Наш небольшой рынок на сегодня позволяет нам себя комфортно на нём чувствовать. Мы создаём нишу, в которой являемся лидером.

- Что касается обуви, то это тоже продукт повседневного спроса. Человеку нужна обувь каждый день. Вы сказали, что немцы сами не шьют обувь, а итальянцы отдают на аутсорс. Мы знаем, где производится большая часть обуви, которую рекламируют у нас. На ваш взгляд, что мешает сегодня создать новый бренд, который так и будет называться – «Белорусская обувь». 

- Обувное производство сложное. Хоть мы и относимся к лёгкой промышленности, но это один из самых сложных элементов в легпроме. Чтобы получить качественный продукт в обувном производстве, требуется наличие серьёзной инфраструктуры по производству различного рода комплектующих. По сложности производства мы сегодня сопоставимы с автомобильным производством. Это не наша оценка. Количество материалов, химии, которая используется для покраски, а не для того, чтобы навредить как-то здоровью, иных материалов, комплектующих, количество операций… И чтобы это не делать всё в рамках одного предприятия, которое будет очень неповоротливым, требуется определённого рода производственная инфраструктура. Мы могли бы это всё сделать, выстрелить и показать качество продукта, который на сегодня мы производим. Уже не одно предприятие «Белвест», а группа предприятий, страна-производитель качественной продукции легпрома. Имеем покупателей по всем странам. Единственное, надо преодолевать в умах наших покупателей стереотип, что белорусское имеет свою невысокую нишу и при этом должно быть недорого. На сегодня мы с этим не готовы мириться. 

- Давайте воспринимать это не как проблему, а как задачу. 

- Как некоторый вызов. Мы на это смотрим именно так.

- Я знаю, что борьба за кожу давно стала притчей. Президент обращал внимание на качество сырья и его продажу. Выяснилось, что лучшее сырьё в необработанном виде уходит за рубеж, а себе оставляли «грязь» и не слишком качественные отходы производства кожи. Я видел в ваших магазинах реально обработанную, хорошую кожу, из которой делается ваша обувь. Как вам удалось решить этот вопрос? Ведь проблема реально была.

- Внимание Президента к этому сегменту рынка не случайно. У нас не так много сырьевых товаров, и хотелось бы создать продукт с максимальной добавленной стоимостью. Правильно говорит Александр Григорьевич, что просто продавать полуфабрикат, оставляя «грязь» на родной земле, недальновидно, где-то даже кощунственно. Мы используем то, что дала нам наша земля и не пытаемся создать из этого конфетку, которая была бы востребована. Мы для себя решили вопрос таким образом, что помогая в чём-то развиваться, двигаться кожевенной промышленности, создали на своём производстве кожзавод последней (третьей) стадии переработки кожи. Покупая полуфабрикат, мы доводим его до стадии готовой кожи, вкладывая в него все те потребительские качества, которые ждёт от нас покупатель.

- Покупая уже полуфабрикат, вы смотрите на его качество?

- Важна цена, как он сделан. И на сегодня технологии, которые существуют на кожевенных заводах Беларуси, позволяют дойти до этой стадии переработки.

- «Белвест» для себя эту проблему решил?

- Да. Но мы бы хотели покупать готовую кожу уже на самих заводах, а не самим этим заниматься. Кожзаводам тяжело предугадать фактуру, цвета, мягкость кожи, тенденции в мире моды с точки зрения цветов и фактур материала, которые ждут нас в следующий сезон, и нам предложить этот материал. А на сегодня получается, что предпочтение покупателей и эти тенденции знаем мы. И вот в этом получается разрыв. Не то, что они нерадивые производители, но им сложно в этом отношении. Они могут только повторять то, что на сегодня мы даём в качестве своего заказа.

- Помню достаточно сложное совещание Президента в 2016 году. Тогда были озвучены цифры весьма негативные. О том, что за последние десять лет производство обуви сократилось с 16 до 13 миллионов пар обуви. А при этом импорт обуви в страну увеличился в десять раз. То есть примерно до 10 миллионов пар обуви в год – 200 миллионов долларов уходит. 

- К сожалению, ситуация имеет пока тенденцию к ухудшению. Объём нашего производства ещё сокращается. Слабым утешением является только то, что имеющийся импорт в Беларусь имеет часто характер транзитного импорта, то есть уходит дальше, в страны ЕАЭС. Но внутри, не проигрывая борьбу в своих нишах. Сам потребительский рынок на сегодня достаточно сложный. В Европе сокращения в лёгкой промышленности, в обувном производстве достигли нескольких раз. Мы снижаемся на единицы процентов, а европейский рынок падает в разы, особенно в продажах на экспорт. Сегодня некоторая настороженность потребительского рынка серьёзно сказывается.

- Может, имеет место быть унификации производства или снижение издержек за счёт перевода в другие страны?

- Конечно, покупатель смотрит на бренд производителя, где указывается страна. Это наши стереотипы, но они основаны на каких-то наших ожиданиях, ощущениях, на той практике, которую мы имеем, когда покупаем продукт. Покупатель ведёт себя достаточно осторожно. Нет массовых закупок впрок, нет закупок, которые имеют спонтанный характер.

- Зачастую он осторожен или избалован?

- Мы находимся в нише, где производят продукт среднего класса: «средний» и «средний +». Когда мы продаём по цене «средний» и «средний –». Покупатель понимает, что он берёт продукт более высокого класса за другую цену. Здесь некоторые ожидания и не лучезарность рынка. Мы должны понимать, что из зарплаты у наших людей остаётся большая свободная часть, которую может потратить не только на предметы первой необходимости, обязательные платежи, но и в своё удовольствие. 

- Иногда человека нужно заинтересовать. А для этого нужны не только бирки, но и бренды. Конкретный человек, его ноги будут восприниматься как бренд. Я знаю из открытых источников, Мелания Трамп носит от Louboutin, не скрывает. Владимир Путин, он не очень патриотичен, носит Baldinini. Вот кто носит «Белвест»? Есть ли лицо или ноги вашего предприятия?

- Очень многие носят. Мы стараемся не злоупотреблять доверием этих людей. В Витебске проходит фестиваль «Славянский базар», и селебрити из шоу-бизнеса постоянно бывают у нас.  Однажды позвонили мне из дирекции «Славянского базара» и сказали, что Раймонд Паулс в вашем магазине. Я поехал туда. Он говорит: «Я приехал посмотреть на тот знаменитый бренд, про который я знал с тех самых времён. И дочка попросила зайти в настоящий фирменный магазин». Хотя в Риге уже существовали наши магазины, он с радостью ознакомился с продукцией. И с большим удовольствием купил эту обувь.

- Это уже имидж.

- Вот ещё, недавно ушедший от нас Вилли Токарев. Он попросил дирекцию «Славянского базара» организовать ему встречу с крупным трудовым коллективом. Ему посоветовали наше предприятие. Когда он пришёл и увидел такое количество одновременно работающих людей, которые оставили работу и собрались около него, то настолько растрогался. Зашёл в магазин и вышел с двумя парами. Алина Арц, приехав и зайдя к нам в магазин, сняла свои Louboutin, когда увидела нашу обувь. И сказала: «Вы знаете, сколько это стоит в Нью-Йорке?»

- Закончим этот разговор простым философским вопросом. Скажите, откровенно, свой профессиональный путь вы бы пожелали кому-то другому? 

- На сегодня все дороги открыты, любой это может сделать. Посоветовать, что нужно сделать и не совершить ошибок? Это, наверное, то, чем стоит поделиться.

- Юрий Геннадьевич, хочу поблагодарить за этот разговор и пожелать, чтобы вы свои ботинки донашивали столько, сколько вы бы этого хотели. Спасибо за разговор.

- Огромное спасибо.