Безвозвратные потери

294
Безвозвратные потери

Во вторник 7 апреля в Национальном историческом музее открылась любопытная выставка, посвящённая Пакту Рериха. Это был первый международный договор, посвящённый охране культурных ценностей в военное и мирное время.

Место экспозиции – знаковое. Оказывается, из-за ненадлежащих условий и отсутствия нормальных фондохранилищ главный исторический музей страны теряет ежегодно до 5% бесценного национального достояния.

Недаром говорили наши предки: «Если ты выстрелишь в прошлое из пистолета, будущее выстрелит в тебя из пушки». Эта – 1836 года – ориентир Национального исторического. «Музея с пушкой» в массовом сознании, цель которого – поведать о Беларуси с «нуля» (самому древнему экспонату 43 тысячи лет) и до сегодня.

Олег Рыжков, директор Национального исторического музея Беларуси: «У нас осталась одна постоянно действующая экспозиция. И то, она ещё советского периода. Техническое состояние здания и морально, и физически устарело».

Даже в кабинете директора сегодня склад. Это (см. видео – прим. ред.) упаковка янтарной выставки из Латвии. Не хватает площадей. Однако?! На балансе Национального исторического ныне 32 объекта в пяти районах столицы. К примеру, бывшая поликлиника. Адрес – улица Ульяновская, 5 – ранее знал каждый автомобилист. Ставить диагнозы тут продолжают. Правда, утешительные всё реже.

Ольга Коноплёва, художник-реставратор: «На сегодня для предмета самое страшное – это сухость, повышенная сухость воздуха. Здесь нити деструктированы. Особенно металлические, они разрушаются. Очень плотно висят вещи: сукно, хлопок. Уже даже лён моль кушает».

Не ошибёмся, сказав, что «сердце музея» сегодня «разбито». Фонды (самые большие в стране – около 450 тысяч предметов) в ящиках в тёмных коридорах жилой «сталинки». Этаж первый затапливали дважды. Плесенью поражены фолианты научной библиотеки. 22 тысячи книг – сверяли, когда коробки везли сюда.

Василий Черник, заместитель министра культуры Беларуси: «Да, это проблема, проблема очень большая. Мы о ней знаем, но стараемся решить, чтобы не дать «уничтожить» наши музейные ценности».

Окна бывших аудиторий укрепили решётками. Резные Царские врата, к слову, категории «два» – национального значения. Впрочем, для хранителей 49 коллекций одинаково ценны и так называемый «Пояс Витовта» (вторая, после Креста Ефросиньи святыня нации), и скромная агитка «эпохи застоя».

Зоя Курьянова, главный хранитель фондов Национального исторического музея Беларуси: «Мы с ужасом ждём сейчас того момента, когда отключат отопление. Когда у нас опять начнёт понижаться температура. В прошлом году мы пытались просчитать, сколько будет стоить система кондиционирования на этом этаже. Специалисты вывели сумму 35 тысяч евро».

Надежда Савченко, заведующая отделом Национального исторического музея Беларуси: «На верхние этажи поднимается тёплый воздух. Это не ощущается для человека, как радиация. Но, когда берёшь в руки фотографию, конверт, он начинает хрустеть».

Артефактов «светописи» свыше 200 тысяч – половина в общем собрании Национального исторического. Хранители не паникуют, но и не скрывают: если ситуация останется «таковой», то к моменту создания экспозиции де-юре главного музея Беларуси придётся работать с муляжами. Цифру ежегодных утрат называют до 5%.

Сейчас здесь пустырь. А ведь по общедоступной информации до конца 2015 участок будет занят 8-этажным объектом. Тем самым, центральным депозитарием, необходимым всем, кто сегодня видит дальше собственной экспозиции.

Есть земля, есть проект (подкреплённый экспертизой), есть смета (сейчас это 10 млрд рублей)… Тогда что же помешало заложить хотя бы краеугольный камень? Основные силы профильного министерства сейчас направлены на завершение не менее значимой модернизации единственной Национальной киностудии «Беларусьфильм».

Василий Черник, заместитель министра культуры Беларуси: «Строительство депозитария, хочу подчеркнуть, что не только для Национального исторического музея, не только для Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны, для музейных учреждений города Минска, будет включено в государственную инвестиционную программу в 2016 году».

Олег Рыжков, директор Национального исторического музея Беларуси: «Конечно, вкладывать какие-то кардинальные, большие деньги во временное хранилище в надежде, что мы когда-то обретём свой собственный дом, не имеет, наверное, смысла».

Тот же аргумент и стационарной экспозиции Национального исторического. «Древнюю Беларусь» создавали, как говорится, «на скорую» после обретения независимости. Настало время не просто смахнуть пыль.

Нина Колымаго, заместитель директора Национального исторического музея Беларуси: «Несколько лет мы ждём воплощения в жизнь наших теоретических измышлений. Создан самый важный музейный документ – это тематико-экспозиционный план. Мы не только размышляем, но и размещаем музейные предметы по экспозиции. Мы создаём пока всё это виртуально».

Будущее рисуется на площадях в три тысячи квадратов. Сейчас в музее выставлено только два процента собственных реликвий. В перспективе – до 10 (показатель выше, чем у московских коллег). Год назад решением Президента Национальному историческому переданы строения во дворе. Да и сам двор по улице, носящей имя автора «Капитала».

Василий Черник, заместитель министра культуры Беларуси: «Музейный комплекс Национального исторического музея – это перспектива. Это 2016-2017 годы. Вполне возможно, что в государственную инвестиционную программу этот объект будет включён».

По подсчётам директора (он, кстати, дипломированный экономист), единый «комплекс» выведет музей на показатель минимум «50 на 50». То есть половина финансирования бюджетная. Остальное – сами. Сейчас госдотации Национальному историческому превышают 70%.

Олег Рыжков, директор Национального исторического музея Беларуси: «Я думаю, до 400 млн для проведения конкурса мы всё-таки сможем найти за счёт спонсорских денег и предоставить уже на рассмотрение несколько эскизных вариантов. Обсуждается вопрос, может быть, как Лувр, мы можем уйти под землю. И там вся структура жизнедеятельности: санузлы, гардеробы, кафе. Пушка – это символ музея, она останется».

На всё нужно меньше пятилетки, уверен топ-менеджер, учитывающий опыт партнёров. Например, Немецкого музея в Берлине. Заметим, сам основной корпус Национального исторического (изначально отделение госбанка Империи) – памятник архитектуры – охраняется законом. Значит: ломать нельзя – реставрировать.

Павел Журавихин, заместитель директора музея им. Николая Рериха (г. Москва): «Дело в том, что Николай Константинович Рерих был одним из немногих в прошлом веке мыслителей, который понимал истинное значение культуры. Уничтожение этой духовной основы человеческой жизни приводит к одичанию, приводит к агрессии. Если мы расширим поле культуры, говорил он, мы сузим поле войны».

Защищать оставленное предками призван «Пакт Рериха». Этот договор разработан 80 лет назад, накануне Второй мировой. Но, по данным экспертов Международного центра, потери сегодня, в мирное время, зачастую не меньше чем тогда. «Что имеем – не храним, потерявши – плачем». И платим.

Надежда Савченко, заведующая отделом Национального исторического музея Беларуси: «Сейчас мы готовим выставку «Вперёд к Победе!». Очень хорошее, оптимистическое название. Хочется верить, что мы победим».

Вспомните песню: «С чего начинается Родина?..». С картинки в букваре, которую, как правило, получают из фондов музея, чья миссия объяснять миру, «кто мы, белорусы» и «куда мы идём».