Дело «Экомедсервиса»: врач анестезиолог-реаниматолог утверждает, что состояние Юлии Кубаревой было нормальным после сбоя аппаратуры

Дело «Экомедсервиса»: врач анестезиолог-реаниматолог утверждает, что состояние Юлии Кубаревой было нормальным после сбоя аппаратуры

Подсудимый Александр Шуров, врач анестезиолог-реаниматолог, во время операции Юлии Кубаревой в медицинском центре «Экомедсервис», после которой девушка умерла, рассказал в суде, что даже после сбоя аппаратуры состояние девушки было нормальным.

Когда начиналась операция, врач анестезиолог-реаниматолог Александр Шуров находился в палате интенсивной терапии, где определено рабочее место врача-анестезиолога – единственное в данном медцентре. Там он работал с необходимой врачебной документацией. Затем перешёл в помещение операционной, где продолжил заниматься необходимыми документами – медицинскими журналами и справками. Это, по словам врача-анестезиолога, заняло у него достаточно длительное время, однако он затруднился сказать, сколько именно. Александр Шуров утверждает, что находился в операционной, когда аппарат для проведения анестезии и искусственной вентиляции лёгких стал выдавать сигналы об ошибке, сообщает БЕЛТА.

По словам анестезиолога, во время операции, до сбоя аппаратуры, организм Юлии Кубаревой прогнозируемо реагировал на введение необходимых медицинских препаратов. Однако Александр Шуров сознательно не стал вносить в журнал эти сведения.

В суде Александр Шуров сообщил, что из-за того, что во время операций, подобных той, что проводилась Юлии Кубаревой, операционная бригада находится по обе стороны от головы оперируемого, он не имел возможности наблюдать за кожными покровами пациента, за состоянием трубок и соединений дыхательного контура возле лица и головы.

Даже тогда, когда сработал тревожный сигнал аппаратуры, анестезиологу, как он утверждает, понадобилось около 15 секунд, чтобы проверить, всё ли в порядке с соединением дыхательного контура. Александр Шуров пояснил, что во время таких операций хирурги нередко могут нарушить герметичность этого контура, и когда произошёл сбой, он не был уверен, что стало его причиной: нарушение дыхательного контура непосредственно возле головы пациента или ошибка аппаратуры.

Анестезиолог утверждает, что прежде всего проверил герметичность дыхательного контура. Для этого он отвернул часть стерильного материала над лицом пациентки и проверил соединения визуально и руками. Когда он убедился, что там проблем нет, полностью снял с девушки стерильный материал и выключил сигнализирующий об ошибке аппарат. Затем он перешёл на ручную вентиляцию лёгких. Это заняло 10-15 секунд. Во время ручной вентиляции лёгких состояние Юлии Кубаревой не вызывало у врача-анестезиолога опасений. По его словам, всё время, от момента сбоя аппарата до его наладки, осуществлял ручную вентиляцию лёгких пациентки при помощи мешка Амбу – всего 30-40 минут.

В то же время врач-анестезиолог проводил непрямой массаж сердца Юлии Кубаревой. В это время за него с мешком Амбу управлялась медсестра. Александр Шуров рассказал, что когда убедился, что работа аппаратуры налажена, закончил ручную вентиляцию лёгких и перевел пациентку на обеспечение аппарата. Операция продолжилась.

После окончания операции, вечером, Александр Шуров уехал в Москву. При этом он не поставил об этом в известность руководство медицинского центра.

Обвинение настаивает на том, что аппарат для проведения анестезии и искусственной вентиляции легких был заведомо неисправен во время проведения пластической операции пациентке Кубаревой. Он имел многочисленные неисправности, кроме того, не проводилось его профессиональное обслуживание. Сам аппарат был произведён в 2006 году, с 2007 года находился в эксплуатации. Во время операции Юлии Кубаревой аппарат вышел из строя и выдал сигнал об ошибке. Врач-анестезиолог пытался исправить ситуацию путём включения и выключения аппарата. Однако тот вновь выдавал техническую ошибку. Во время этого, на протяжении продолжительного времени, аппарат некорректно выполнял свои функции, что привело к роковым последствиям.

25-летняя Юлия Кубарева скончалась после проведения пластической операции по коррекции формы носа в марте в медицинском центре «Экомедсервис» в Минске. После операции девушка так и не пришла в сознание, была госпитализирована в 4-ю городскую клиническую больницу Минска, где четыре недели провела в коме. 23 апреля Юлия скончалась.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram