Мы спокойно относились к оппозиции, когда они праздновали этот День воли. К оппозиции! Радикальной, не радикальной… Ну, ходили они там по определенному маршруту. Но вы же знаете, что вчера был особый у них такой настрой, чтобы попытаться начать раскачивать или раскачать обстановку. Весна же наступает. Мониторю и Сети. Мы знаем, чем они там занимаются. Один посыл: мало людей (людей почти не было), белорусы такие-сякие и прочее. Я анализирую эту ситуацию и думаю: среди наших протестунов заблудших и прочих немало. Но не все же идиоты. Они же видят, что те сели, беглые, в Литве, и Польше, и Украине на эти денежные потоки. Правда, 53 миллиона никто так и не дал, как обещали там. Что-то дают, но там не хватает им. И они оттуда, вы видите, все требуют, чтобы наши эти протестуны вываливали на улицы и расшатывали режим Лукашенко. Кто-то там попробовал, вовремя призвали к порядку.

Накануне они все время предупреждали белорусское общество и российское, что тут власть готовит провокацию, что власть хочет что-то взорвать. Меня это насторожило, у нас опыт есть. Раз об этом заговорили, зри во все окуляры. И что вы думаете? Молодцы милиционеры, обнаружили мерзавца! Заложил взрывчатку в мусорницу: взрыв – и огромное поражение за счет металла или бетона. И они обнаружили его заранее, вели. Заложил взрывчатку – следом саперы пришли, обезвредили. И начали его вести дальше. Поехал в одну из воинских частей, его там взяли, передали Комитету госбезопасности. Террор. Ну представьте: шли бы люди, взрыв – сколько бы погибло людей, сколько бы пострадало.

А на кого?.. Они же предупреждать начали. Заявляет: это я хотел силовиков наказать. Как будто силовики пришли и стали вокруг этой урны. Негодяи жуткие. Я говорил, что качать они нас будут по-разному. Мы фиксировали и фиксируем эти направления, где они уже переходят красную линию.