Туризм теряет $600 млн в день: как конфликт в Ормузском проливе ударил по авиации
Война – дело дорогое. Оказалось, не только для тех, кто в нее ввязался, но и для тех, кто просто хотел к морю. Авиационный керосин подскочил в цене так, что старые ценники на билеты теперь вызывают ностальгию. И если раньше топливный сбор был заметной, но терпимой строкой, то теперь он стоит, как крыло самолета. Все потому, что небо над Ближним Востоком оказалось в зоне боевых действий. Старые маршруты закрыты – приходится летать в обход. А это – время, керосин и деньги.
Война прикрыла и главные топливные ворота планеты. Ормузский пролив, через который идет 40% авиакеросина для Европы и Азии, теперь под прицелом. У многих азиатских авиакомпаний топлива осталось буквально на донышке. А то ли еще будет? И станет ли это нашей реальностью? Подробности – в репортаже ОНТ.
Аэропорты по всему миру совсем скоро рискуют лишиться привычной суеты. Залы ожидания опустеют, а самолеты так и останутся на земле. Запасы топлива стремительно падают. В Международном аэропорту Бангалора в Индии и вовсе заявили, что его хватит примерно на 25 дней. Такая ситуация вынуждает сокращать рейсы. Например, вьетнамская авиакомпания с 1 апреля отменит около 23 внутренних полетов в неделю. И это не шутка!
Полеты на Ближний Восток массово отменяют из-за военной обстановки. Но ограничения (пока частично) коснулись и тех стран, где боевые действия не идут. Из-за напряженности в Ормузском проливе под прямым ударом оказались многие авиакомпании. Мировой энергетический рынок оказался на грани крупнейшего в истории коллапса. По оценкам Всемирной торговой организации, мировая туриндустрия начала терять по 600 миллионов долларов в день.
Нестабильность на Ближнем Востоке повергла авиацию в хаос. Многие уже отказываются лететь, чтобы возвращение не оказалось под угрозой.
К топливному баку на Ближнем Востоке поднесена горящая спичка. И прикованные к земле самолеты – лишь первый симптом надвигающейся беды. Масштаб проблемы куда больше. Весь мир, как карточный домик, в любой миг может рухнуть, если к воинственным политикам не придет здравый смысл.