Уже четыре дня прошло с этого проклятого понедельника. Я не знал, что сказать, да и сейчас не знаю. Не знаю, как и какими словами просить прощения у семьи Сергея Захарова. Но я все равно прошу, хотя знаю, что не простят. Я, конечно, помогу им всеми средствами, если примут. И если поймут, ну, может быть, потом, что это не попытка откупиться, а попытка искупить. И, конечно, мне нет прощения от моей жены, от моих детей. Да и от всех тех, кто мне верил. Вообще непростительно садиться по пьянке за руль. Когда в результате гибнет невинный человек, хороший мужик, мой ровесник. Когда горе такое в его семье. Я не понимаю, как дальше жить. Знаю, многие думают, что меня как артиста будут отмазывать. Нет, отмазываться, включая какие-то свои связи или знакомства, я не собираюсь и не буду. Да и как тут отмажешься, когда все все видели. Да и я видел, когда проспался и отошел от шока. Слава Богу, мама моя не увидела. Это не кино, назад уже ничего не перемотаешь. Конец, нет уже больше никакого Ефремова. Предал я всех. Простите, пожалуйста. Больше сказать нечего.