Захваченные мосты, разрушенные склады боеприпасов и полное отсутствие связи – в первые часы войны казалось, что немецкий план по уничтожению гарнизона Брестской крепости близок к успеху. Но когда кольцо окружения сомкнулось, гитлеровцы столкнулись с феноменальным явлением: бойцы более чем 30 национальностей СССР сплотились в единое целое. Отрезанные от внешнего мира, без техники и связи, они заставили армию фюрера ввести в бой все резервы уже к полудню. Немецкие донесения признавали: даже из выжженных подвалов и канализационных труб внезапно появлялись советские солдаты, которые превосходно стреляли и наносили врагу тяжелые потери.

Параллельно с обороной наши бойцы пытались прорваться за пределы крепости. Это удалось сделать нескольким тысячам человек. Вскоре кольцо сомкнулось. Непрерывные обстрелы, в том числе по линиям связи и складам с боеприпасами, оставили цитадель без коммуникаций и техники. На некоторых участках оружия не хватало, но всегда рядом было надежное плечо брата по единому Отечеству. В крепости служили представители более чем 30 национальностей и народностей СССР.

Денис Жарменов: «Мой дед, Касым Жарменов, в 1940 году со второго курса Алматинского техникума физкультуры призвался в ряды Красной армии. Он проходил службу в Брестской крепости, был танкистом и механиком-водителем. Первые дни войны дед подробно описал в своей рукописи: “В ранний предрассветный час нас разбудил огромной силы взрыв, за ним – второй, третий. С двухъярусных коек падали бойцы, вздрогнули двухметровой толщины крепостные стены, посыпалась штукатурка, полетели стекла. Поднятые взрывом, мы кое-как оделись и кто в чем бросились на нижний этаж”. В рукопашных схватках деду приходилось отбивать у фашистов гранаты и автоматы. Также вместе со своими сослуживцами он несколько раз спускался за водой к реке Мухавец, у берегов которой погибло очень много советских бойцов».

Пользуясь внезапностью нападения на спящий гарнизон, враг занял выгодное положение в здании костела (на тот момент это был армейский клуб), чтобы вести наблюдение и корректировать огонь. Немцы успешно захватывали мосты, и казалось, что они быстро справятся с задачей заблокировать крепость и полностью уничтожить советские части внутри нее.

Однако вскоре в немецком донесении о взятии Брест-Литовска напишут: «Примерно к 05:30 – 07:30 стало ясно, что русский пришел в себя и начал оказывать особо упорное и ожесточенное сопротивление, и вскоре нанес нам тяжелые потери в рядах офицеров и младшего командирского состава. Там, откуда русского уже выгнали или выкурили, спустя некоторое время возникали новые силы – из подвалов, домов, канализационных труб и других укрытий. И они превосходно стреляли, увеличивая наши потери».

Владимир Сёмочкин: «В бомбоубежище было уже много людей, в основном дети и старики. Было несколько военнослужащих, но они так – приходили и уходили. Как только заходит военнослужащий, все бросаются к нему: “Как дела? Что? Где?” Каждый спрашивает, какая обстановка в крепости. Ну и все объясняли, что крепость воюет. Крепость воюет, вся в огне».

Сила сопротивления росла пропорционально натиску врага. До этого победоносная армия фюрера, обнаглевшая от легкости захвата других стран, споткнулась в самый первый день нападения на СССР. К полудню в результате ожесточенных боев гитлеровцы были потеснены на всех укреплениях. Им не удавалось переломить ситуацию в свою пользу, хотя уже в первой половине дня были введены в бой все дивизионные резервы, а после 14:00 – и корпусные.

Подробнее о легендарном противостоянии советских солдат с немецко-фашистскими захватчиками и стойкости мужественных защитников Брестской крепости – в документальном проекте телеканала ОНТ «Я – крепость!».