Как кибермошенники выбирают своих жертв? На этот вопрос в проекте «Лицом к лицу» на ONT.BY ответил начальник управления по противодействию киберпреступности (Управление «К») ГУВД Мингорисполкома Дмитрий Стасюлевич.

Дмитрий Стасюлевич: «Никто не знает. Даже злоумышленники не знают. Нет такого списка людей, которые обязательно поведутся, а вот с этими попробуют. Попал-не попал. Обрабатывают очень много людей. Хорошо работает наша профилактика. Очень много людей, которые уже не ведутся на эти уловки, сообщают в милицию, что им звонили, что-то предлагали, с такого-то номера. Это все есть. Но все зависит от способа совершения преступления, от вида преступления. Если мы возьмем старый способ совершения преступления, это так называемый “Алло, мама, я попал в беду”. Это когда звонят потерпевшим и говорят, что внучка или дочка, не важно, кто, якобы попала в беду. И необходимы деньги. Эти звонки совершаются, как правило, на городские номера телефонов. Городскими телефонами пользуются, как правило, пенсионеры. Эта категория подвержена именно этим преступлениям».

По словам Стасюлевича, жертвами лже-магазинов чаще становятся молодые люди.

Дмитрий Стасюлевич: «Мы возьмем Instagram, допустим. Очень много преступлений совершается там. Создаются магазины-копии реальных магазинов или обычные магазины, якобы продающие товар. Все, что угодно. Сам механизм – перевод денег – отличить очень сложно. Обычный обыватель не отличит, потому что довольно профессионально создаются магазины, отличные фотографии загружаются, накручиваются отзывы, подписчики и так далее. Все это есть, как в обычном топовом официальном магазине. Самый основной момент – хищение денег. Предоплата и доставка через какое-то время. Защититься от этого вида преступлений – не переводить предоплату, оплачивать после получения товара. Касаемо этой категории, это уже более молодые люди».

Правоохранитель также рассказал, кто чаще становится жертвами «звонков из банков».

Дмитрий Стасюлевич: «Если брать вид преступлений “звонки из банков”, это уже категория примерно средняя, тоже ближе к пенсионному возрасту, наверное. Все зависит от способов. Соответственно, социальный портрет жертвы, в зависимости от того, какой вид преступлений, меняется».