Киберпреступления киберпартизан. Кто работает в этих группах и почему ребята далеки от робингудов? Да и «партизаны» тоже слишком сильное для них название. Дополним тему.

«Положили» сайты госзакупок, Белорусской товарной биржи, не сегодня-завтра атакуют госканалы, налоговую и банковскую системы. Так выглядят угрозы киберпартизан в адрес действующей власти сегодня. Как это выглядит в IT-стране, где есть Парк высоких технологий и никто не может сказать, что условия «так себе»? Это выглядит плохо. Со всех точек зрения. И с репутационной: IT в Беларуси – это бизнес, сюда приезжают за преференциями, а не «играть в революцию». И с экономической: больше нестабильности в этой сфере – меньше бизнеса.

Это для большинства киберпартизаны – такие загадочные бандиты с якобы очень романтическими целями «восстановить справедливость и сделать всех счастливыми». Кино про них снимают. На самом деле это, как правило, временно радикально настроенные обычные программисты (их меньше) или такие же накачанные жуткими историями активные пользователи соцсетей. Они, конечно, сайт положить не могут, но наоскорблять или поугрожать вполне.

В мире киберпреступность существует с момента появления первых пентиумов. И уже очень давно квалифицируется именно как преступность. В США за это стали наказывать в 1977-м. Если сегодня хакер проникает в теле-, энергосети, транспортные каналы Америки, то может сесть на срок до 30 лет без права досрочного. В Британии, если вы вот так влезете в сайты банковской системы, с 2000 года это могут приравнять к терроризму, и сидеть вы будете за терроризм. А это может быть больше, чем проживете.

Так что в мире киберпреступников по голове давно не гладят. И у нас не приветствуют ребят, которые сейчас поймали волну «мы отомстим за всё подряд» или «мы за всё хорошее и против всего плохого». Последняя история киберпартизан – это списки сотрудников МВД с адресами, куда, по задумке наших «партизан», и нужно ехать мстить или массово оскорблять, угрожать и так далее.

Думают о себе как о помощниках киберпартизан и ребята, которые начинают с соцсетей и текстов в адрес учителей, тех, кто работал в избирательных комиссиях, депутатов, просто людей с позицией. Авторам обычно до 30 лет, могут работать, могут нет. Когда анонимность пропадает, они начинают публично извиняться. Как правило, свои поступки объясняют «тяжелым эмоциональным состоянием».  

От штрафа до пяти лет – статья за такие действия и высказывания в Беларуси достаточно лояльная. Суд все учитывает. Мотив. Зачем вы это делаете, спрашивают у потенциальных киберпартизан и сочувствующих. Ответ, который цепляет: «А зачем ОМОН вёл себя так?» У каждого свой спусковой механизм, этот фейк был самым взрывоопасным. Даже формулировка «не было зарегистрированных фактов насилия» не устраивала. А незарегистрированных?  

Вот все эти посты – это просто непроконтролированные эмоции их авторов и возможность зацепить ваше внимание в Telegram-каналах, сделать вас сочувствующими троллям в Сети, киберпартизанам, а не осуждающими их. Когда пишут, что сожгут семью из-за работы на госканале, – это киберпартизан-молодец? Подумайте об этом. Это всё формы насилия, от которых сейчас наша страна должна быть защищена, если мы хотим остаться белорусами.