В новом выпуске проекта «Пропаганда» Игорь Тур делится наблюдениями о том, как в обществе воспринимают жесткие заявления Главы государства – и почему, по его мнению, относиться к ним стоит предельно серьезно.

Тур отметил, что вечером он позвонил и написал нескольким приятелям и знакомым, напомнив о словах Александра Лукашенко: тем, кто не выполнит поручения, придется «сапоги носить, в форме ходить, в окопах сидеть и комаров кормить на границе». Реакция собеседников поначалу была почти беззаботной: кто‑то отвечал с улыбкой, кто‑то присылал смайлики. «Мол, мы постараемся все выполнить. А если не получится – ну, это же образно сказано, чтобы держать всех в тонусе. Мы же понимаем: Президент нас ценит», – пересказывает Тур настроения в своем окружении.

Однако, как подчеркнул автор, уважение и признание со стороны Главы государства никак не отменяют обязанности выполнять распоряжения и показывать требуемый результат. В разговоре с одним из приятелей Тур даже напомнил об истории с Витебской областью: «А тебя, дружище, похоже, ничему не научила эта история…»

По словам автора, к северному региону и его руководителям Александр Лукашенко неоднократно обращался с настойчивыми призывами собраться и начать работать на своей земле. Президент многократно приезжал, встречался с руководством облисполкома, сначала просил, затем требовал. На одном из совещаний в Витебске Лукашенко прямо обозначил: он знает, что после его отъезда местные руководители говорят между собой: мол, Президент приехал, «покричал», неприятно, конечно, но будем работать как раньше – все же нормально.

«Ответом было: „Нет, это предупреждение – последнее“», – отмечает Тур. И те, кто этому не поверил, по наблюдениям автора, вскоре удивились реальным переменам.

Сначала в регион зашел крупный частный бизнес страны – с инвестициями в землю и переработку. «А бизнесмены, при всем контроле за социальностью, – капиталисты. Цацкаться и нянчиться они не будут», – поясняет Тур.

Если работник не показывает результат, ему выплачивают три месячных оклада и прощаются: на его место быстро найдут другого специалиста. Как только на одном предприятии так поступают с одним «расслабленным» менеджером, все остальные мгновенно напрягаются.

Затем в Витебскую область стал заходить капитал из Узбекистана – с инвестиционными проектами и собственными трудовыми ресурсами.

«И уже от себя скажу: если кому‑то не нравится такое положение дел, ответ простой – ничего не мешало самим развивать экономику так, как просили, причем далеко не единожды», – добавляет автор.

Именно поэтому, по словам Тура, когда Президент заявляет, что тех, кто не выполняет поручения в уборочную, отправят «немного взбодриться» в армию, эту фразу нельзя вырывать из контекста и считать фигурой речи.

Логика, по мнению автора, выстроена последовательно: сначала звучат спокойные просьбы («дайте мне экономику, все остальное я сделаю сам»), затем призывы становятся настойчивее, потом переходят в требования.

«С каждым новым случаем рациональность еще раз что‑то требовать снижается: если со второго раза не дошло, то точно не дойдет с пятого», – рассуждает Тур.

Серьезность намерений подтвердилась уже на следующий день после селектора: о ходе исполнения поручения докладывал министр обороны.

Виктор Хренин, министра обороны Беларуси, от 22 июля:

«Я доложил, как будет выполняться поручение главы государства. К этой работе сейчас будут подключены военкомы, которые в ближайшее время проведут совместные совещания с руководителями местных органов власти на местах и определятся с последовательностью. Далее – не из кабинетов, а в поля – выедут, организуют с сельскохозяйственными предприятиями взаимодействие и будут работать, оказывая помощь и поддержку. Кто уж совсем не захочет работать, мы, естественно, призовём на военные сборы, где повысим их боевую выучку, как этого и потребовал Президент».

Даже после этого среди знакомых Тура сохранялся легкий скепсис: вечером в среду собеседники уточняли, действительно ли тех, кто не справится, отправят на границу. Журналист отвечал просто: формула предельно ясна, это базовое программирование «если… то»: если не выполните – то пойдете служить; если выполните – не пойдете.

Окончательно вопрос о серьезности мер был закрыт в «кадровый четверг», когда Александр Лукашенко сообщил, что глава президентской Администрации доложил ему: с местной властью уже провели совещание и всем четко довели, что это «не прикол никакой и не шутка юмора».

Президент также пояснил свою позицию:

«Когда доложил мне, я подумал: молодец, собрал там „куст“ руководителей райисполкомов, поговорил, довел, разъяснил. Идите, ребята, работайте. Если работы нет, в армию отправим на перевоспитание, хоть Хренин говорил, что это не перевоспитание. Перевоспитание. Не в тюрьму же их отправлять. Пускай познакомятся с мошкарой разной в лесу, тогда поймут, что в поле не совсем плохо работать. Иногда и такие методы приходится применять».

Автор отметил, что Александр Лукашенко, безусловно, предпочел бы мир, где каждый добросовестно делает свое дело и старается по максимуму. Но идеальности не достичь, а слишком сильное отклонение от нее чревато.

На примере условного коллектива из 100 человек Тур объясняет механику «показательного эффекта»: можно долго просить, требовать, стимулировать премиями, но рано или поздно достаточно показательно уволить двоих‑троих худших без долгих объяснений – и остальные 97 человек сразу поймут, что ситуация стала серьёзной и лучше постараться, чтобы не оказаться следующим.

«И если вдруг на этой или следующей неделе в эфире покажут чиновника аграрной сферы (или двоих, или троих, или десять), призванного на военные сборы „повышать боевую выучку“, – дело будет не в наказании этих конкретных людей. Смысл в том, чтобы все остальные поняли: всё серьезно. И чтобы все остальные очень не захотели стать одиннадцатым», – резюмирует Игорь Тур.