Как так получилось, что Минск изолировали-изолировали, но … не изолировали. И куда управленческую энергию направлял Александр Лукашенко, чем он заряжал других? 

2019-ый – год коронавируса, 2020-ый – попытка госпереворота, 2021-ий – это санкции, 2022-ой – начало СВО и повышенных военных угроз для Беларуси. Год уходящий на этом фоне можно назвать спокойным. Разве что – 2023-ий был годом, значимость которого для будущего страны, кажется, поймут потом наши дети.

Дети как символ уверенного будущего – вот главное в уходящем году. Ради них нужно сохранить страну, сберечь их от ужасов войны – и не допустить, чтобы они прошли через экономические испытания своих родителей в 90-ые. Мы снова все вместе, а не только лишь один Александр Лукашенко, стали ставить на первое место экономику. 

Причем для мирной жизни во всех смыслах. Санкции – это ведь тоже война, в которой мы выстояли, и уже в январе стали не защищаться, а в хорошем смысле нападать. Новые партнеры нового миропорядка – сначала арабские шейхи, затем – Африка. 

Минск в 2023 году был многовекторным – журналисты пула, чего уж там, соскучились по насыщенному командировочному графику. О том, что миру нужны перемены, то есть прогресс, Президент говорил и дома, и в Африке, и на Ближнем Востоке. 

А мир по инерции говорил о войне – и спрашивал, не особо понимая, что войны есть продолжение войн экономических. В 2023-ем, кажется, мы и сами все до единого поняли, и остальным постарались рассказать – не верьте в сладкие слова о демократии. 

Фото: БЕЛТА