Обвиненная в деятельности против НАТО Ирина Вайтцель рисковала оказаться в тюрьме и лишиться дочери. Женщина бежала в Беларусь. Но будет ли уместно сравнивать ее с «беглыми», которые, наоборот, уехали из нашей страны? На этот вопрос Вайтцель ответила в эфире программы «Марков. Ничего личного» на ОНТ.

Ирина Вайтцель: «Я никогда не предавала свое государство. Наверное, это самая большая разница [с “беглыми”]. У меня была много-много раз возможность отказаться от гражданства Беларуси и принять гражданство Германии просто в угоду обстоятельствам, в угоду своему чреву, так сказать, более комфортной жизни. Но для меня это было своеобразным предательством. И страшнее всего для меня в жизни всегда было потерять себя, переступить через свою честь, совесть, в угоду каким-то зыбким ценностям, в угоду двойственной морали. Я не хотела этого. Наверное, в этом я вижу в большей степени разницу. Я была и остаюсь белоруской».

Президент Беларуси Александр Лукашенко недавно обозначил, что людей, которые уехали из нашей страны, можно и нужно возвращать. По его словам, среди сбежавших есть глубоко раскаявшиеся люди, они не должны быть выброшены на обочину. Вайтцель ответила на вопрос, способны ли власти в Германии на такие же поступки.

Ирина Вайтцель: «Речь нашего Президента меня очень глубоко тронула. Это позиция отца. Не зря мы называем его Батькой. В каждой семье какие-то проступки бывают, наши дети что-то делают не так. Но мы пытаемся их понять и простить. Милосердие нашего Президента, понимание этих людей реально трогает. В этом плане могу провести маленькую параллель с притчей “Возвращение блудного сына”. Человек сделал что-то, но он переболел, приобрел определенный иммунитет и может сейчас работать на благо государства. Зачем отказываться от человека? Я понимаю полностью эту позицию. Вообще считаю, что государство должно строиться на тех же основах, что и семья. Есть определенный лидер. И это “последний диктатор Европы”, чем я, кстати, очень горжусь – это очень сильная позиция. Я у себя в семье тоже диктатор. Я считаю, что позиция нашего Президента разительно отличается от позиции на Западе. Там это вообще непредставимо, это невозможно. Я не могу себе представить, чтобы кто-то там… Там действует только холодный закон. И то, даже в моем случае – чистое беззаконие. Не милосердие, не тепло, не понимание для людей, которые реально раскаялись и хотят вернуться на родину».

Подробности смотрите в программе «Марков. Ничего личного».