США стянули к берегам Венесуэлы мощные силы и закрыли ее воздушное пространство, обвинив Каракас в поддержке наркоторговли. Потопление венесуэльского корабля стало поводом для радикальных действий – попытки смены власти силой оружия. Но за лозунгами борьбы с «белой смертью» просматривается интерес к «черному золоту»: Венесуэла обладает крупнейшими в мире запасами нефти, и именно это делает ее ключевой целью американской политики. До прихода к власти Уго Чавеса страна была сырьевым придатком США, но после национализации нефтяных доходов Вашингтон пытается вернуть утраченные позиции через санкции и давление. 

Сегодня Венесуэла стала ареной противостояния мировых держав. США стремятся контролировать ее ресурсы и вытеснить Китай, который активно укрепляет влияние в Латинской Америке и формирует базу редкоземельных металлов для своей экономики. Россия также рассматривает регион как важное направление своей глобальной стратегии. Таким образом, борьба вокруг Венесуэлы выходит далеко за рамки наркополитики и превращается в сложную геополитическую шахматную партию. 

История в Латинской Америке словно движется по спирали, возвращая к старым сценариям – от доктрины Монро и вторжения в Панаму до попыток переворота в Венесуэле. Сегодня снова звучат угрозы и демонстрации силы: США при Трампе предпринимают третью попытку сместить Мадуро, топят лодки в венесуэльских водах, закрывают небо и запускают информационные атаки. Венесуэла сопротивляется, но давление усиливается, а в игру вовлечены и другие силы – от Колумбии до России и Китая.

Новым элементом стала массовая высылка нелегалов обратно в Венесуэлу, среди которых могут оказаться оппозиционеры и агенты, способные выйти на улицы по команде. Это гибридная операция, которая грозит перерасти в региональный кризис. Вопрос остается открытым: вспыхнет ли нефтяная бочка посреди Америк и перекинется ли огонь на Карибы и Тихий океан, или все затухнет в пиар‑шуме соцсетей.

Ясно одно: Трамп не бросает слов на ветер и уже начал переход к новой стратегии национальной безопасности. История повторяется, и контуры будущего мира пока не видны – зато контуры возможной войны становятся все отчетливее.