В столице представили портрет Янки Купалы – забытый! Это при том, что изображению более 70 лет. И хотя эскиз без автографа, в руке художника эксперты не сомневаются.

Внешне – знакомый Янка Купала, за порогом сейчас – невиданный. Этот портрет, скорее всего, написан на смерть «первого поэта» – в 1942 году. Под тушью – старая бумага. От желтизны основы Николай Тарасиков тогда ушёл с помощью мела. Такой, дешёвый, но надёжный вариант грунтовки. Опять же «белым», но уже «пятном» до сих пор остаётся прямая связь автора с натурой.

Елена Лешкович, директор Литературного музея Янки Купалы: «Толькі адзін сказ: “быў знаёмы з Купалам”. Больш гэта тэма не расшыфроўваецца. Калі б у нас былі пэўныя дакументы, мы б сёння маглі сказаць, але не выключаю гэтай версіі. Таму што, Янка Купала і мастак Тарасікаў, яны ў адзін час жылі ў Мінску. У 1938 годзе была яго першая персанальная выстаўка».

Он посвятил Купале карандашный ex libris, запечатлел зимой реку Свислочь у «пенатов» классика. 23 картины к вернисажу – из отечественных и заокеанских коллекций. В США ныне – основная часть наследия, согласно арт-справочникам: «белорусского советского живописца».

Игорь Бархатков, художник, коллекционер: «Экспозиция эта интересна тем, что в 75-м году два студента театрально-художественного института Леонид Осенний и Софья Лившиц вдруг во дворе дома увидели гору каких-то рисунков, набросков, и на всей этой горе бумаги лежал плакат: «Выставка Тарасикова». И вот на руках у этих людей оказалось около 200 работ».

Что не успели, вспоминает сын друга художника Антона Бархаткова отправилось на свалку. Линогравюра сегодня – в дар музею, где хранят одну прижизненную работу. Чёрно-белый портрет Купалы, сделан в 62-м, как раз когда Хрущёв громил формалистов в московском Манеже.

«…адзін з найбольш таленавітых і пакуль што не ацэненых мастакоў», – писали о Тарасикове на закате 90-х. Он, кстати, умер в 65-м. То есть, перед самым началом эпохи Застоя. Сегодня можно и даже нужно сказать: он – белорусский Камиль Коро. Или всё-таки Клод Моне.

«Проповедует буржуазное направление – импрессионизм», – сообщали «куда надо» реалисты-современники. 858 единиц – объём фонда художника в единственном белорусском архиве-музее. Оттуда в витрины – приглашение «паважанаму таварышу Тарасікаву» на открытие дома, где сегодня заново открыли его самого.