Осень – это сентябрь, октябрь, ноябрь, а теперь ещё и Май! Целый месяц в Минске – выставка произведений Народного художника Беларуси Мая Данцига. Повод, казалось бы, явный – недавнее 85-летие мэтра. Однако в афишах – посвящения юбилею Победы, родителям и любимой сестре Белле.

Это у него та самая улыбка, от которой «хмурый день светлей». И это из-под кисти Данцига до сих пор «просыпается радуга» на холстах. Сегодня мэтр – в любимом красном. Мол, победа: наконец-то всё по местам в экспозиции! Он готовил «персональную» лично. И уже, не тая, «маялся» – три недели вне мольберта, как-никак.

Почти 900 квадратов главного арт-центра Беларуси сегодня – «под Данцигом». До него такой чести не удостоился даже последний наш Народный художник СССР Михаил Савицкий. И впрямь: мал да удал.

Мэтр шутит: определяйте рост моими работами. К примеру, новая «Малый Тростенец…»: один метр, два, – дальше не дотянусь. Да и этот вернисаж, вспоминая другие, самый большой с автографом «М.Данциг».

Считать не будем. Просто поверим кураторам: итого – 334 единицы. Данцигом вскрыты запасники музеев Минска, Могилёва, опустошены – временно – «золотой» фонд Союза художников, частные коллекции. Из ранее невиданного – этюды, начиная с 50-х годов.

Ольга Архипова, искусствовев: «Шишкин выставлял свои этюды, и это было новаторство, да. На мой взгляд, выставить свои палитры – это уже новаторство XXI века».

Правда, не найти здесь грозди сирени – дебютного полотна. Оно сейчас за океаном. Зато есть не менее дерзкие «Новосёлы». В 62-м их едва не сняли с выставки. Советский чиновник добавил лаковые туфельки, а Данциг оставил их в прихожей – зарисовал потом.

Наталья Селицкая, куратор выставки: «Он действительно что-то взял от сурового стиля, с его лаконизмом, минимализмом. От экспрессионизма, конечно, тоже многое почерпнул. Мне кажется, для него это узко, он индивидуален».

с 58-го года в «трудовой» Данцига лишь одна запись – профессор Академии искусств. Сегодня учеников мэтра музей едва вместил. С ними он по-прежнему делился улыбкой.

208 страниц, как-то скромно. Не по Данцигу и тираж – тысяча экземпляров. Однако это только первая монография. А завтра он вернётся к мольберту и в правом нижнем углу холста появятся новые, но такие знакомые красные буквы.