Без малого полтысячи страниц заняло «Недосказанное» Владимиром Мулявиным артистке Лидии Кармальской. Сегодня книгу, которая может стать бестселлером, представили в Национальной библиотеке. Читал автор, очевидец того, как родители прятались за кулисы и целовались после каждого выступления.

«Самое главное, что я ощущала, когда они уезжали – это пустота...» – так начала свою главу дочь Мулявиных. О них, как в песне «роман с продолжением...», писала меньше года. Задумала монографию ещё 12 лет назад, когда «отец» стало памятью. Лётя (по-домашнему) и Лидушка (его устами) таки обнялись на небесах – верит мемуарист.

Марина Мулявина, дочь Владимира Мулявина: «Даже все какие-то катаклизмы, которые в ней происходят, они, знаете, как у Скарлетт О'Хара... летят быстро. Поэтому эта книга для отдыха. Точка поставлена в ЗАГСе (о разводе), а история, она не закончилась».

До тиража (заметим, скромного: всего-то 500 экземпляров) первая супруга музыканта была в тени. Уже прочитав – поймёте: даже после той самой «точки» в паспорте Кармальская оставалась «путеводной звездой» Мулявина. Уже по телефону запрещала поднимать чемоданы, говорила: «Володя, береги руки!».

«Не люблю... когда чужой мои читает письма» – слова Высоцкого (тёзки и друга Мулявина). Опубликовать, а тем более показать «без купюр» очень личные послания, дочь Песняра решилась лишь взвесив все «за» и «против» (последних оказалось меньше). Сегодня эти страницы – достояние мировой культуры. Они позволяют понять национального гения.

Артистку, которая на «браво!» буквально высвистывала вальсы Штрауса, в мужних «Песнярах» называли «мама». Кармальская была продюсером ансамбля (сказали бы сегодня): договаривалась, чтобы новичков снимали на Центральном телевидении, давали хотя бы три минуты в концертах «красных» дней. Часть книги – признания хороших знакомых.

Ольга Брилон, музыковед: «Обратились мы в филармонии, в которых Владимир Георгиевич и Лидия Алексеевна работали: Томск, Кемерово, Чита, Калининград. Прислали нам такие уникальные документы. В личных делах, как под копирочку маленькие листочки. Она была той иголочкой, за которой ниточкой следовал Владимир Георгиевич Мулявин».

«Сдувать архивную пыль...» в семи главах взялась та, кто не раз встречалась с народным артистом СССР, а также с Кармальской. Дуэт биографов состоялся. Заканчивается увесистый труд (почти два килограмма) 75-м – годом расставания. Дочь написала: «мама всё поняла и просто его отпустила». На полутысяче странниц остались многоточия…