Не секрет, что 30 лет назад в нашей стране религиозность не приветствовалась. Но, скорее всего, именно вера в то, что жизнь со смертью не заканчивается, помогала тогда тем, кто спасал людей от самой страшной техногенной катастрофы в истории человечества.

Про таких, как Елена, говорят – ровесники Чернобыля. Родилась ровно 30 лет назад, в 86-м, буквально сразу после того, как произошёл взрыв на атомной электростанции. В сам момент аварии её мать как раз готовилась к родам.

Елена Кузюкова, житель г. Гомель: «Переживала за то, какая я рожусь, как на ней это всё отразится, как роды пройдут, и самое главное, она надеялась, чтобы я была здоровая, нормальная, чтобы руки, ноги как у всех детей были, чтобы никакой аномалии не развилось в конце беременности».

Обошлось. Но Чернобыль со всей своей страшной историей в жизни Елены, как и многих белорусов, прошёл не красной, чёрной нитью. Слово «многих» здесь подходит как нельзя лучше, ведь сколько людей погибло в первые дни от радиации и сколько испытало облучение на себе – точных данных нет до сих пор.

Михаил Горбачёв, генеральный секретарь ЦК КПСС (1985-1991): «Аварии были, и в США, и у нас, Но скрывали – и они, и мы... Никто не предполагал, что такие последствия».

Советская власть скрывала, во-первых, потому, что боялась паники. Во-вторых, нечего было сказать, ведь поначалу аварию на ЧАЭС не воспринимали как глобальную беду. А Чернобыль, по сути, стал самой крупной техногенной катастрофой за всю историю планеты Земля.

Беларуси в этой техновойне досталось больше других. 140 тысяч человек были переселены. 250 тысяч гектаров сельхозугодий (это весь Люксембург) оказались заражены цезием и стронцием. Пострадала четверть белорусских лесов. И когда распался Советский Союз, республика осталась один на один с радиацией. Для тех, кто оказался в зоне загрязнения, враг, которого не видно и не слышно, косил людей, словно шла война.

Здесь, на Полесье, Чернобыльскую трагедию и Великую Отечественную войну воспринимают с одинаковой скорбью. Монумент «Жертвам 20-го столетия» в Ельск привезли из деревни Некрашовка. Её уже нет, Чернобыль стёр с лица земли. Но ценность памятника – в памяти общей. Здесь не делят людей на тех, кто погиб от пули или от радиации.

Чернобыль, увы, случился. И с этим фактом пришлось жить дальше. У страны было как минимум два варианта, что делать с радиацией – отступить или бороться. Было выбрано второе. И сегодня, спустя 30 лет, все понимают, что принято верное решение. Разумеется, придётся ещё много сделать, много вложить – ущерб только экономике от Чернобыля составил 235 млрд долларов, это 32 бюджета Беларуси 1986 года... Но сейчас наступил момент, когда говорят не только о восстановлении, возрождении земель. Но и об их достойном развитии. Это заметно на примере Ельского района, который 26 апреля посетил Президент.

Агрогородок Добрынь – конечно, образцовый. В идеале так и должна выглядеть настоящая белорусская деревня: с детским садом, необходимыми социальными объектами и, конечно, производством.

Ферму открыли год назад. Сначала были опасения из-за возможной радиационной «начинки» сельхозугодий, но тесты показали – всё в норме.

Анатолий Гапонюк, начальник управления сельского хозяйства Ельского райисполкома: «Строительство новых объектов на территории сельхозпредприятий говорит о том, что создаются новые дополнительные рабочие места, на которых люди могут заработать достойную заработную плату. Благодаря созданию новых рабочих мест, закрепляются молодые специалисты, остаются работать».

За производством подтянулось строительство, жильё, соцсфера. И рожать здесь стали больше. Уровень рождаемости по стране – 13 человек на тысячу населения, а здесь, на Гомельщине, – 20! Парадокс?

Елена Кузюкова, житель г. Гомель: «Я 26 апреля родила первую свою дочь, девочка, несмотря на то, что в народе повелось так, что это как бы трагедия – 26 апреля, у меня есть, скажем так, маленький праздник, в этот день у нас появился первенец».

Сегодня в семье Кузюковых уже пятеро детей. Младший собирается в детский сад. Но ведь Чернобыль по-прежнему рядом! Однако радиофобией Елена не страдает. Хотя в магию числа «26» верит.

Елена Кузюкова, житель г. Гомель: «Оно сопутствует нам по жизни. Мы с мужем познакомились 26-го числа, 26 ноября у нас была свадьба, 26 апреля у меня родилась девочка, и даже нам квартиру предложили строить именно 26-го числа. И не знаю, совпадение или не совпадение, ключи нам тоже дали 26-го числа».

Главный вопрос для Беларуси сегодня – что нужно сделать для того, чтобы такое больше не повторилось.

Строить свою атомную станцию Беларусь заставила жизнь. Разумеется, никто не против дешёвой и, главное, своей электроэнергии. Но прагматика не отодвигает на второй план безопасность. Страна, пережившая Чернобыль, слишком хорошо знает цену борьбы с последствиями. В Островце уже, наверное, устали, но вновь и вновь объясняют – безопаснее, чем эта станция, в мире не построено. Полная защита от землетрясения, цунами, урагана и падения самолёта. Человеческий фактор тоже учли – дополнительные пассивные системы безопасности, двойная оболочка реакторного зала, ловушка расплава под корпусом реактора.

Фестиваль «Возрождение», прошедший в Ельске 26 апреля, стал своеобразным промежуточным финишем страны в борьбе с Чернобылем. Успокаиваться, конечно, рано. 30 лет – это время только полураспада отдельных радиоактивных элементов. Для окончательной победы нашей стране, как и другим, затронутым этой трагедией, понадобится ещё много времени, сил и терпения.

Подробности – в видеосюжете нашего корреспондента

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram