Ваш рецепт!

1180

Почти месяц – с 19 октября – в Беларуси действует новое постановление Минздрава, регламентирующее продажу рецептурных лекарств. Если коротко, то воспользоваться рецептом можно только один раз.

Сам же бланк остаётся в аптеке. Нововведение призвано бороться с самолечением. Ведь случаи, когда по одному и тому же рецепту, выписанному одной старушке-гипертонику, отоваривалась и лечилась целая деревня, к сожалению, нередки. Хотя есть и другая сторона проблемы – это интересы действительно нуждающихся в пожизненном приёме лекарств хронических больных. Они в данной ситуации волновались больше всего. Как же организовать всё так, чтобы врачи, провизоры и пациенты встречались и расходились довольные друг другом?

« – Скажите, распространяется рецепт на «Конкор»?
– Да.
– Вот, уже не могу купить «Конкор». Думаете, просто попасть к врачу? Я уже ходила, не попала».

Обычно это всегда срабатывало. Ведь провизоры – тоже люди, понимают, каково это – пожилому пенсионеру выстоять очередь в поликлинике. Годами гипертоник Клавдия Николаевна покупала одни и те же лекарства по одному и тому же рецепту, а то и вовсе без него. Но в этот раз клиентку внимательно выслушали, посочувствовали и отправили… к врачу. Осознав, что осадой эту крепость не взять, Клавдия Николаевна перешла в активное наступление.

Клавдия Масюк, пенсионерка: «Я знала, что мне надо! Всё я брала! Сейчас же я не могу взять ничего. Вот мучаюсь. С мочевым я мучаюсь уже вторую неделю. Мне надо мои таблетки, а их не дают. А к врачу я не могу попасть. Нет у нас на Сухой врача. Только на Веснянку надо ехать. И надо мне прежде сдать анализы ещё. А потом только заказать талон, так это месяц пройдёт. А что мне этот период делать?»

Сотрудникам аптеки, хоть и с трудом, но всё же удается успокоить разволновавшуюся пенсионерку и убедить её записаться на приём к врачу. И это, говорят, ещё не самый скандальный клиент. За последние несколько недель случаи были разные: и ругались, и угрожали, и даже вырывали из рук фармацевта рецепт, который тот по закону отныне обязан оставлять в аптеке. Раньше, шутят, покупателя и провизора разделял только прилавок, а сейчас ещё и 66-е постановление Минздрава.

Елена Захарова, фармацевт-рецептар аптеки №88 г. Минска: «Больший напряг стал в работе, больше стало конфликтных ситуаций, раньше работали спокойнее, и люди спокойнее воспринимали. Люди огорошены этим постановлением, не готовы, но привыкают постепенно и в основном несут старые рецепты. Вот это проблема. Рецепты 2012-13 годов».

Первую попытку приучить белорусов принимать только то, что доктор прописал, Минздрав предпринял ещё два года назад. В 2012 году было решено все сильнодействующие препараты (антибиотики, обезболивающие, сердечно-сосудистые, психотропные) продавать только по рецепту. В список вошли около 40% зарегистрированных в Беларуси лекарственных средств. Как и любое ограничение, это вызвало недовольство, но со временем люди привыкли. Казалось бы, проблема самолечения – решена. Но не тут то было. Пациенты быстро сообразили, что достаточно одного похода к врачу, а выписанный им рецепт можно использовать неограниченное количество раз, даже если срок его давности уже истёк. Вроде бы и не положено, но какой провизор откажет больному страдающему человеку.

Наделавшее много шума постановление вышло 19 октября. Главное его новшество в том, что теперь на каждый препарат нужен отдельный рецепт и воспользоваться им можно всего лишь раз. После чего бланк остаётся в аптеке. В Министерстве здравоохранения уверяют – это единственный способ борьбы с самолечением. А оно приобрело такие масштабы, что доводит пациентов до инвалидных колясок, а самих медиков – до сердечных приступов.

Людмила Жилевич, заместитель начальника управления организации медицинской помощи Министерства здравоохранения: «Некоторые считают, что они могут вообще не обращаться к врачу, а вот выписать какое-то рецептурное лекарственное средство и принимать его годами. Считая, что только они вправе обозначать, как им принимать лечение, какие дозы и как долго принимать настоящий препарат. Вот сегодня ко мне пришла пациентка, и она мне говорит – у меня шесть месяцев, я мужу покупала препараты сахароснижающие. Шесть месяцев закончились, и у меня забрали этот рецепт. И она пришла с претензией, что действительно ей нужен этот препарат на следующие шесть месяцев. Я спрашиваю, разве не является это поводом прихода к врачу. Может быть, ему нужен новый препарат. Может, ему нужен не таблетированный препарат, а инсулины. Либо меньшая доза. Ведь это должен решить врач. Но она считает, что именно она должна решить то, что её мужу нужны эти таблетки на следующие шесть месяцев».

Ещё одна проблема – антибиотики. Угроза настолько серьёзная, что даже Всемирная организация здравоохранения в этом году забила тревогу. Эксперты уверены, бесконтрольное поглощение противомикробных препаратов может привести к тому, чтолюди начнут умирать от простых инфекций, которые многие десятилетия считались легко излечимыми.

Дмитрий Шевцов, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси, председатель Белорусской ассоциации врачей: «Мы доходим до абсурда, когда мне даже как обычному человеку начинают рассказывать некоторые женщины, что они у ребёнка лечат ангину очень серьёзными антибиотиками. Я спрашиваю, а что вы дальше будете делать, когда у ребёнка, не дай Бог, разовьётся на самом деле серьёзная проблема. Да «Сумамедом» сразу начинают глушить, потому что они считают, что это очень хорошо помогает. Кто вам прописал? Я сама так решила».

Депутат Шевцов – реаниматолог, в недавнем прошлом – главврач одной из крупных столичных поликлиник, уверяет – сам себе рецепты никогда не выписывал. Ведь даже доктор, когда речь идёт о его собственном здоровье, может либо переоценить, либо недооценить серьёзность недомогания. Что уже говорить о простых смертных.

Аргументы медиков многие находят убедительными, но ровно до того момента, пока не заболеют сами. Главная проблема – часовые очереди в поликлиниках. Не хватает участковых докторов, к некоторым специалистам надо записываться за месяц. Это при том, что по количеству врачей на душу населения наша страна лидирует не только в СНГ. По статистике, на каждого белоруса приходится вдвое больше медиков, чем на жителя США, Австралии и Великобритании.

Количество врачей на 10 тысяч населения

Франция – 34 врача

США – 27 врачей

Австралия – 25 врачей

Великобритания – 21 врач

Россия – 45 врачей

Беларусь – 55

Раиса Зданович, врач-терапевт: «Конечно, нагрузка на врачей будет побольше, потому что пациентов количество увеличится. Но это, с одной стороны, и хорошо: они обследуются, им поставлен будет диагноз правильный, им проведётся какая-то коррекция лечения, потому что одно лекарство назначили, а через некоторое время, может, надо дозу изменить, какое-то другое лекарство назначить, дополнительные средства. Я думаю, что сам пациент не может всё это критически оценить. Для этого и есть доктор. Если бы можно было лечиться самим, тогда бы такой профессии, как врач, не существовало бы».

Увеличится не только количество пациентов, но и объём бумажной работы. Ведь раньше как было? Доктор мог указать в рецепте сразу несколько препаратов, сейчас на каждый – отдельный бланк. Больным с хроническим заболеванием, как и прежде, будут выписывать лекарства сразу на полгода, опять же, по рецепту – на каждый месяц. А если препаратов несколько? Пока же доктор или медсестра будут заниматься чистописанием – очередь в коридоре будет только расти. А ведь на участковом терапевте ещё и визиты. В период эпидемий это больше десятка адресов. Частично разгрузить врачей позволит информатизация системы здравоохранения и электронные рецепты. 34-я столичная поликлиника одна из первых в стране внедрила информационные технологии. Талон к специалисту здесь можно получить в инфокиоске, вся история болезни – в электронном виде. Выписка рецепта занимает несколько секунд – лёгкое движение руки, и осталось только подписать.

Ирина Дрозд, врач-эндокринолог поликлиники №34 (г. Минск): «Я рукой ничего не пишу. Рукой я только подписываю дневник – я могу вам показать. Алла Ивановна дайте с сегодняшнего приёма кого-нибудь. Вот сегодня был на приёме пациент. Вот это форма дневника. Это всё у меня в компьютере. Я набираю эти все данные в компьютер, вношу, и вот только подписываю».

Однако идти на приём за рецептом всё равно придётся – единой республиканской сети поликлиник и аптек пока нет. Но даже если и появятся, то воспользоваться электронной системой смогут далеко не все.

Дорогу в поликлинику в Чаусы 75-летняя Екатерина Михайловна называет «дальний свет». Дело не только в расстоянии – больше 20 километров, а ещё и в расписании автобуса – всего раз в неделю. Да и накладно: билет туда и обратно – 80 тысяч рублей. В деревне Дедня живут десять пенсионеров. И у каждого, говорят, целый букет старческих болячек.

Лекарства, которые доктор прописал в этот раз, можно купить без рецепта. Однако не исключено, что пенсионерке скоро снова предстоит поездка в райцентр.

Оксана Микушкина, заведующая поликлиникой Чаусской центральной районной больницы: «Наверное, проще было им купить лекарственные препараты. Но в конечном итоге об эффективности самолечения сказать сложно. Поэтому я считаю, что это правильно, я думаю, что поликлинику бабушка всё равно должна посетить, сдать анализы».

Но как быть тем, у кого не осталось сил, чтобы добраться до поликлиники? А ведь в Деднях есть и такие. Периодически к ним приезжает врач из ближайшего фельдшерско-акушерского пункта, но выписать рецепт он не имеет права. Разве, что валидол привезёт или валерьянку для успокоения.

По большому счёту, и пожилым сельчанам придётся усвоить истину: любые трудности, связанные с посещением врача – ничто по сравнению с обратным эффектом от самолечения. Медицинская практика знает немало случаев, когда лекарства, принимаемые на свой страх и риск, ставили стариков буквально на грань жизни и смерти. Тем не менее, без скептиков не обходится ни одно решение. Вот и на этот раз есть эдакое заблаговременное недовольство по поводу грядущих походов в поликлинику. Мол, их количество резко возрастёт. Что как раз и противоречит официальной статистике. Дело в том, что она уже зашкаливает. Вы не поверите, но в прошлом году белорусы посетили врачей 120 млн раз. Если в среднем, то каждый житель страны ходил на приём к доктору или вызывал его на дом 13 раз в год! Как говорится, дальше некуда. Для сравнения – американец обращался к докторам всего четыре раза.

США

В США аптеки это, по сути, супермаркеты – вместе с лекарствами здесь соседствуют продукты, косметика и даже кое-какая одежда. При кажущемся изобилии наименований, в свободной продаже лишь 10% фармпрепаратов. 90% – строго по рецепту врача. Витамины, биодобавки, нестероидные противовоспалительные средства, капли для глаз – вот, пожалуй, и всё, что есть в безрецептурном отделе. Остальное – прерогатива врача. Семейный врач либо выписывает лекарства сам, либо даёт направление к специалисту в необходимой области. На дом, в отличие от Беларуси, не ходят.

Иал Левит, врач общей практики (г. Нью-Йорк): «Рецепты можно получить в электронном виде, либо доктор выпишет его вручную, либо позвонит в аптеку. Причём врач обязательно напишет – какое количество таблеток необходимо и как получить лекарства повторно, если это необходимо. Выписать рецепт может и семейный доктор, однако, если он не специалист по какой-нибудь узкой проблеме, не исключены побочные эффекты».

Между тем, даже при всей строгости учёта около 16% случаев госпитализации в Америке связаны с неправильным приёмом медикаментов.

Германия

Немецкая система здравоохранения считается одной из лучших в мире. Хотя сами немцы находят её не слишком удобной. Ведь за каждым рецептом приходится идти к врачу. В случаях хронических болезней можно «заказать» назначение по телефону. Его врач вышлет по почте вместе со счётом за дополнительные труды.

Урсула Зелленберг, фармацевт (г. Берлин): «Мы принимаем рецепт только один раз. Если вы заболеете таким же заболеванием вновь через месяц, то вы должны снова идти к врачу за новым рецептом. Рецепты в Германии одноразовые».

Рецепты в Германии стали одноразовыми в 1978 году, после вступления в силу закона о лекарственных средствах. Сегодня в стране более 20 тысяч аптек, и ни в одной из них бюргеру не продадут антибиотик, снотворное или сильное обезболивающее без одобрения врача.

Урсула Зелленберг, фармацевт (г. Берлин): «Продажа медикаментов без рецептов преследуется законом. К тому же это нарушение трудового кодекса аптекарей. Суд решает о наказании, денежный штраф или даже тюремное заключение».

Россия

Ужесточение продажи рецептурных препаратов обсуждают не один год и в России. Уже запрещена работа интернет-аптек, наказуема продажа лекарств с рук. Снова с особой остротой о фармацевтике заговорили всего несколько недель назад. Когда стало известно о смерти популярного актера Алексея Девотченко. Его нашли мёртвым в своей квартире. По предварительной версии, причиной стало отравление феназепамом – сильно действующим транквилизатором, который должен отпускаться исключительно по рецепту врача. Пока следователи ищут фармацевтов, продавших актёру препарат, Государственная Дума работает над ужесточением ответственности за продажу психотропов без рецепта.

Максимум, что грозит российским продавцам за безрецептурную продажу, — это денежный штраф. И то, это касается исключительно психотропных и наркосодержащих лекарств. Для сотрудников аптек он составляет примерно сто долларов, для юридических лиц – тысячу. По сравнению с теневыми доходами продавцов рецептурных лекарств – суммы символические. В том числе и поэтому депутаты настаивают на возвращении к советской системе контроля рецептов. Хотя и признают: чтобы проверять все аптеки в стране, не хватает специалистов. Кроме того, в России – тысячи частных клиник, где за определённую сумму выпишут, что угодно. Есть ещё одно предложение – обязать врачей на каждом рецепте ставить не только печать медучреждения, но и личный штамп: с именем и фамилией, чтобы было с кого спросить.

Есть теперь с кого спросить и в Беларуси: что выписал доктор, а что продал аптекарь? Кстати, в коммерческих поликлиникахс Минздравом солидарны, но одно из положений постановления всё же хотели бы уточнить. А именно норму о том, что лекарственные средства будут выписывать пациенту не только с учётом диагноза, возраста, но и с учётом доступности по цене. Означает ли это, что пенсионерам, например, назначать и продавать будут только белорусские препараты? В аптеках приветствуют здоровый патриотизм и готовы максимально поддерживать отечественных производителей. Но готовы ли к этому сами покупатели?

В Минздраве уверяют: лишать покупателя права выбора никто не собирается. Наоборот, всё это направлено исключительно на защиту интересов больных, в том числе интересов финансовых.

Наталья Малашко, начальник отдела организации лекарственного обеспечения Министерства здравоохранения: «Многие люди вводятся в заблуждение, когда им сразу предлагают самое дорогое лекарственное средство, которое по качеству ничем не отличается, а по цене – значительная разница. Поэтому появилась доступная цена. Врач в первую очередь прописывает лекарственное средство, которое в ценовом сегменте более доступно, а уже право пациента – выбрать».

Да, работы прибавится. Главным образом – в сфере организации работы тех, кто наделен правом выписывать рецепты. При этом, видимо, особое внимание придётся уделить оптимизации труда сельских врачей, доступности их услуг. А это уже серьезный инфраструктурный вопрос. Но в министерстве здравоохранения в будущее смотрят с оптимизмом. В принципе, вся эта история с рецептами только для того, чтобы люди не травили себя лекарствами и реже болели. Тогда и в поликлиниках очереди будут куда меньше. А то ведь есть такие посетители, которые ходят к врачу как на работу.

Рецепты, выписанные до 19 октября, у покупателей изымать не будут, по крайней мере, до истечения срока действия. В целом постановление эксперты называют мерой необходимой, правда, его реализация выпадает на сложный период. Впереди сезон заболеваемости гриппом и респираторными инфекциями. А это значит, что предстоящая зима станет для пациентов, врачей и фармацевтов серьёзной проверкой на стрессоустойчивость. Но всё же позволит привыкнуть принимать исключительно то, что прописал доктор, а не соседка на лавочке во дворе.

Подробности – в видеосюжете нашего корреспондента