Группа AURA – о войне, гражданской позиции, фильме «Убить Президента», «Славянском базаре», Eurovision

Группа AURA – о войне, гражданской позиции, фильме «Убить Президента», «Славянском базаре», Eurovision

Семейные истории о Великой Отечественной войне и их влияние на современную жизнь – в программе «Марков. Ничего личного». Гости – солистка группы «Аура» Юлия Быкова и композитор, аранжировщик, продюсер группы Евгений Олейник. Разговор с оглядкой на календарь, даты и события.

- Марат Марков: Евгений, насколько я знаю, вас назвали в честь воевавшего дедушки. Расскажите об этом, вы же наверняка интересовались?

- Евгений Олейник: Назвали в честь дедушки, а родили в честь 9 мая, у меня 11 мая день рождения. И майские праздники для нас – это такой очень длинный праздник, потому что у мамы день рождения 20, а у дедушки – 26. Май для нас всегда был месяц-праздник. Дедушка действительно в 1927 году родился в небогатой семье в Украине. Потом в 1942 году от голода рвался в Красную армию, очень большая тенденция тогда была, потому что там хоть как-то кормили. Рассказывал, что крыши соломенные ели, это ужас. Но его не брали, потому что ему тогда было 15 или 14. А он сбежал из дома и примкнул к частям, которые уже в 1943 году после освобождения Украины восстанавливали связь в Киеве. Рассказывал, что тянули кабель через Днепр, волной опрокинуло лодку, утонул, его достали, откачали. Когда он рассказывал свои яркие воспоминания про то, как он тонул, что, говорит «так светло, тепло, а потом меня будят, мне так плохо», полгода провалялся в госпитале, потом возраст позволял, пошел в учебку на водителя и 44-45 год воевал на «Катюше».

- Юлия Быкова: Там, где-то с моим дедушкой их свело под Кенигсбергом. Они не знали друга, но мы поняли, что они участвовали одновременно в каких-то сражениях, может, даже в одном. На самом деле, мой дедушка постарше, он ушел в 18 лет, но он воевал в пехоте. Вы же понимаете, что пехота, это страшное дело. Он остался инвалидом, получил ранения, получил боевых наград – Орден Красной Звезды, Орден Отечественной Войны, медаль «За отвагу».

- Марат Марков: Он был рядовым?

- Юлия Быкова: Он и закончил войну рядовым. Но закончил он ее в силу того, что у него осколочное ранение было.

- Марат Марков: Но они потом вместе собирались?

- Юлия Быкова: Они на свадьбе на нашей собирались.

- Евгений Олейник: Они никогда про войну вообще не говорили. 

- Юлия Быкова: Бабушка про оккупацию тоже не рассказывала. Она на 10 лет младше была, чем дедушка. Про оккупацию просто невозможно было слушать. Вот она в Чашниках Витебской области жила, и как это люди пережили, что творилось, как они издевались над людьми, я даже не буду это рассказывать, мы все это знаем из документальной хроники. 

- Евгений Олейник: Моя бабушка вообще всю жизнь была вынуждена скрывать, что она узник концлагеря. 

- Юлия Быкова: Женькина же вообще сбежала с концлагеря.

- Евгений Олейник: Да, сбежала из концлагеря и скрывала это потому, что ей это могло навредить в карьере. И только потом уже мы в семье узнали, что она узник концлагеря, когда в 92-м или 93-м году международные организации начали по спискам выискивать всех узников и какие-то репарации им выплачивать. 

- Юлия Быкова: Когда у нас сейчас какие-то проблемы, то, что помогает, что мотивирует? Я всегда вспоминаю Великую Отечественную Войну. 

- Марат Марков: Бабушка не рассказывала, что ее спасало в концлагере?

- Евгений Олейник: Бабушка не рассказывала. Но перед смертью у нее включилась ретроградная память, она написала очень толстые мемуары. И потом мы с мамой, конечно, читали. Они жили мыслью о побеге. 

- Марат Марков: Это спасало? Надежда?

- Евгений Олейник: Да. И в итоге они сбежали, но не все. Там как-то получилось, что каким-то образом закинули на забор доски и по ним начали перелазить. Естественно, сначала начали подкидывать детей, и семеро детей убежали. Но, когда полезли взрослые, начали стрелять. И они всемером убежали и шли по солнцу на восток. Но дошли до Буга только двое, потому что были облавы и их искали. И какая-то польская женщина приютила их, они ей помогали с посевной.

- Марат Марков: Я знаю, что во время болезни коронавирусом вы сейчас просмотрели порядка 17 фильмов о войне. Вы для себя что-то новое искали? Или о войне просто нужно вспоминать, помнить?

- Евгений Олейник: Я новое искал, меня очень интересовали детали Мюнхенской конференции, детали пакта-Молотова Риббентропа. И я нашел для себя ответы, которые хотел. 

- Юлия Быкова: Постоянно всплывают какие-то новые интересные факты, что-то рассекречивается. И всегда информация обновляется.

- Марат Марков: Юлия, и вам это было интересно?

- Юлия Быкова: Женя мне скинул ссылку, в больнице времени много на самом деле. Как только я там пришла немного в себя, стала интересоваться. 

- Евгений Олейник: Потому что секретные части пакта Молотова-Риббентропа рассекретили буквально несколько лет назад по указу Путина. Там все становится на свои места, и там не все так однозначно, как выставляют наши западные партнеры. Все совершенно не так. Юлия более военный человек, чем я.

- Юлия Быкова: Я какое-то время работала врачом в спецподразделении, я немножечко в курсе всего этого. Тема Великой Отечественной Войны всегда была настолько важна, настолько трепетна. Когда я начинаю все это читать, особенно про детей, особенно про то, что во время оккупации, про фронт. Такие вещи нельзя забывать. И вот, когда тебе кажется, что у тебя проблемы, просто подумай, как выжили наши бабушки и дедушки: ни месяц, ни два-три дня, ни год, а четыре года. И тогда ты поймешь, у тебя нет проблем.

- Марат Марков: Разум обычно отказывается это воспринимать.

- Юлия Быкова: Это мне всегда помогало собраться. Не в таких условиях выживали.

- Марат Марков: Вы смотрели документальный фильм «Убить Президента»? Многие наши оппоненты сразу принялись отрицать очевидное, причем, некоторые даже не смотря этот фильм. Что вы вынесли из него? Какие мысли возникли? Очень многие считают вас придворными исполнителем и композитором. Вы на себя экстраполировали эту ситуацию, то есть планы заговорщиков по интернированию?

- Евгений Олейник: Я вообще слово не до конца понял, что-то он как-то недоговаривал, этот человек в кадре, – «интернировать». По той паузе, которую он выдержал перед этим словом, стало понятно, что это не совсем что-то доброе. 

- Юлия Быкова: Честно, не удивлена ни разу. Это было понятно изначально, что это те люди, у которых нет никаких рамок, они не остановлены, у них есть интересы, они не будут церемониться. Это было понятно с самого начала, еще когда господин кандидат Тихановский начал свою предвыборную кампанию. Это было уже очевидно, это было понятно, что будет и с нами, и вообще с теми, кто не разделяет и не идет за ними в стаде. И все, что было написано в интернете, я уверена, что, когда человек видит полную безнаказанность, когда происходит «расчеловечивание» оппонентов, тех, кто с тобой не согласен, они могут сделать все, что угодно. И не важно, какое сейчас время, средневековье, Великая Отечественная или 2 мая в Одессе. Люди не меняются, какое бы не было время. Им дай реализовать свои желания – они сделают. Никакого гуманизма. 

- Евгений Олейник: А весь мир прикроет вот так глаза и не будет замечать.  

- Марат Марков: В Одессе в 2014 году при пассивности большинства несколько сотен боевиков сожгли 48 человек в Доме профсоюзов, среди погибших были и женщины. 2 мая 2021 года одесситы отметили эту годовщину, причем сотни почтили память сожженных, а тысячи вышли на марш правосеков, эсэсовцев. Почему большинство жителей Одессы пассивно промолчали, и допустимо ли, чтобы активная и агрессивная часть общества решала судьбу страны? 

- Юлия Быкова: В Украине все поддержали Майдан? Нет. Люди просто утром проснулись в другой стране. А активное агрессивное меньшинство, вот это вот осуществило. 

- Евгений Олейник: Нельзя допускать власти активного меньшинства, все равно один человек – равно один голос. Это категорическое правило должно быть. Конечно, очень много открывают новых окон Овертона, предлагают обсудить вариант, что «давайте все-таки историю будут делать активные; давайте все-таки пассивное меньшинство заткнется и будет дальше пахать; давайте все-таки люди, которые более яркие, более такие, более сякие будут определять вашу судьбу». Это открывается, это выносится на обсуждение, как только это вынеслось на обсуждение, это сразу начинает осуждаться, потом приниматься, потом становится нормой. И конечно, этого нельзя допускать. 

- Марат Марков: Рэпер Серега в одном из последних интервью выразил мнение, что пассивное меньшинство в определенных ситуациях просто обязано перестать быть пассивным, чтобы сохранить страну и не допустить кровопролития. Сколько пассивное большинство в Беларуси будет оставаться пассивным? 

- Юлия Быкова: Что в этой ситуации нас спасло? Сильный лидер и сильная структура Госбезопасности, МВД и так далее. А общество сыто. Мне так кажется. Понимаете, если бы общество было доведено до какой-то уже ручки, до какого-то предела, когда все, сил нет терпеть, оно в какую-то сторону активно бы пошло. Оно бы разделилось очень активно. Оппозиция сытая достаточно вышла протестовать, население тоже в принципе удовлетворено, поэтому все вот так вот. Ту часть оппозиции, которую подкармливают или идеологически, или материально, она там что-то пытается сделать, а у народа все хорошо. 

- Евгений Олейник: Тоже не совсем правильно они все делают, и нет никаких ярких шагов. 

- Марат Марков: Ваши страницы, сайты, Instagram не блокировали? Допустим, я получаю тысячи сообщений в личку о том, что «спасибо, что вы говорите громко». Но при этом люди говорят, что «мы так думаем, но мы боимся». Но Серега сказал правильную вещь: если ты сейчас не лайкнешь, если ты мышкой не сработаешь, то потом, грубо говоря, тебе придется автомат в руки брать.

- Евгений Олейник: Люди пассивные во многом из-за страха потерять то, потерять это, быть найденными и избитыми, потому что с той стороны есть достаточно радикальные подразделения. Но, я вот тоже не хотел бы, чтобы наши сторонники, почувствовав силу, радикализировались. Я придерживаюсь того, что каждый сторонник Президента, действующей власти и вообще порядка должен свои действия коррелировать государственным гимном – «Мы, беларусы – мірныя людзі». Перед тем, как что-то сделать, подумай. 

- Юлия Быкова: У нас же даже со своими полемика иногда в сетях возникает, что «ребята, ну не уподобляйтесь, не ведитесь на это и не провоцируйте». 

- Евгений Олейник: Все-таки у Беларуси есть определенный характер, определенная у населения есть мера. 

- Юлия Быкова: Может быть, кстати, и это нас тоже спасло. Потому что вот посмотрите те страны, где у людей, допустим, довольно горячий темперамент. Там же все прокатило, там прокатили революции. 

- Марат Марков: Не только потому, что люди более горячие, но и потому, что слабая власть, она всегда падет, я уверен. Если слаба власть, если есть противоречия в обществе кардинальные, а не придуманные. Вот тогда будут проблемы. А у нас они были придуманы. Евгений, я знаю, что вы отреставрировали дедушкину балалайку. Вообще, сколько ей лет? Почему в ней шесть струн?

- Евгений Олейник: Она с 1937 года, значит, ей скоро будет 100 лет. Очень интересный факт, что я хотел ее отреставрировать на том заводе, на котором она произведена. Но я не нашел в интернете того завода, только исторические справки о нем. Нашел нынешнюю фотографию, там торговый центр. Ее, к сожалению, установили в новом месте, но, может быть, и к счастью. Сначала она была в Борисове, потом переехала в Оршу, да и в Минске производят эти пианино. Считаются одними из самых лучших ученических пианино в мире – «Беларусь».

- Марат Марков: То есть дед играл?

- Евгений Олейник: Дед играл, самоучка-музыкант.

- Марат Марков: И где она сейчас?

- Евгений Олейник: У меня в студии. Электроникой ее напичкал.

- Марат Марков: Вы снова не поехали на «Евровидение». В который раз?

- Евгений Олейник: В одиннадцатый.

- Юлия Быкова: Юбилей как бы получается.

- Марат Марков: Как вы отнеслись к победителю белорусского финала «Евровидения»?

- Евгений Олейник: Мы, как люди, которые участвовали, не могли непредвзято отнестись, конечно, мы расстроились, что это не мы. Я не скрываю этого, мы бы не участвовали, если бы понарошку. Мы хотим поехать, у нас есть такая цель, это детская мечта, это сложно понять. Не-спортсменам сложно понять, каково гробить жизнь, чтобы попасть на олимпиаду. Соответственно, не-музыкантам сложно объяснить, каково гореть желанием поехать на «Евровидение».

- Марат Марков: То есть не потеряли еще желание?

- Юлия Быкова: Я не думаю, что оно потеряется, даже, если мы туда и поедем.

- Марат Марков: Чисто гипотетически, если бы вы победили в этом году и должны были бы ехать, вы бы хотели поехать именно в этом году? Или все-таки с точки зрения политики, политической ситуации лучше было пропустить?

- Юлия Быкова: Мы не робкого десятка.

- Евгений Олейник: Вы знаете, прошлый раз, когда наша песня ездила на «Евровидение» в 2011 году, ситуация политическая была очень напряженной. Только произошли теракты в Минском метро и Европа вся сразу обвинила в этом действующую власть и конкретно Президента. И мы туда ехали с песней I Love Belarus. И на пресс-конференции были вопросы: правда ли то, что Лукашенко писал вам слова для этой песни, правда ли то, что по телефону вы обсуждали каждое слово? То есть все это было. Настя Винникова еще на тот момент училась в Лингвистическом университете, у нее английский великолепный, я тоже кое-как объяснялся. Поэтому вопросов было [много] политических, и ситуация была очень жесткая. Мне тоже звонили, тоже угрожали в Беларуси и так далее.

- Юлия Быкова: В 2010 году тоже сложные выборы были.

- Евгений Олейник: Сетей активных не было, нас встречали у въезда в Арену люди с бчб-флагами. То есть все это было. И сейчас, когда многие наши коллеги, артисты во все это окунулись, и им кажется, что это полная жесть, то у меня «прививочка» есть.

- Юлия Быкова: Конечно, ситуация в этом году гораздо более жесткая, хейта было бы на несколько порядков больше. Денег на это было бы больше потрачено.

- Евгений Олейник: Но после песни «Любимую не отдают», любой хейт настолько не важен.

- Юлия Быкова: В первый день уже было 680 тысяч просмотров. В любом случае, мы всегда готовы поехать.

- Марат Марков: В любом случае вы будете пытаться?

- Евгений Олейник: Марат Сергеевич, Aura точно поедет в следующем году. 

- Марат Марков: Евгений, мне нравится ваше заявление хотя бы потому, что его сейчас обязательно будут тиражировать. Как вы относитесь к тому, что беларускую мову пытаются приравнять к оппозиционности, «невероятные» пытаются приписать это себе, что это наш язык?

- Юлия Быкова: Это настолько бред! Вот сейчас вот – узурпировать цвета. Это белорусские цвета, у меня белая вышиванка с красным орнаментом белорусским. Что мне, ее выкинуть теперь из-за того, что какие-то люди решили, что это их собственность, вот эти цвета? То же самое с беларускай мовай. Я выросла на народных песнях, то есть я 10 лет пела в фольклорном коллективе, это моя любимая музыка, беларуская мова. Вот песня, например, «Затрымай», с которой мы дебютировали как белорусскоязычная группа. Причем, я столько каверов вообще на свои песни ни на одну не видела, как на «Затрымай». Там их просто кучами, альбомы уже выпускаем. С этого времени, когда вот появилась эта песня, мы увидели реакцию, я поняла, что я сейчас реализую все свои мечты, которые у меня были на произведения на беларускай мове. 

- Евгений Олейник: «Затрымай», это же тоже был проект ОНТ, «Музыкальный суд». Я точно помню, не буду говорить имени, один из теперь исполняющих песни на белорусском языке, срочно переформатировавший свое творчество на белорусский язык артист, в последний год, с августа, я точно помню его реакцию на победу песни «Затрымай». «Ой, что это на беларускай мове», это в 2010 году было». 

- Марат Марков: Знаете, что меня поражает, у нас же подавляющее большинство сельского населения, они говорят или на белорусском языке, или на «трасянке». 

- Юлия Быкова: Это наше достояние, наша культура. 

Евгений Олейник: Я сейчас вообще скажу кощунство. Максимальный расцвет белорусский язык получил при советской власти. Ну нельзя же об этом забывать. Белорусскоязычные школы – это выдумка советской власти. Купала, Колос, это что вообще, если не расцвет белорусского языка? 

Марат Марков: Я соглашусь с вами хотя бы потому, что это исторический факт. 

- Юлия Быкова: Узурпировать беларускую мову? Извините, господа, это наша общая культура, это наши истоки, это наши корни, это наша гордость, мы ее должны беречь, хранить. 

- Евгений Олейник: Нужно брать пример с многокультурности Советского Союза. Проживало около двухсот народностей, или я ошибаюсь, наверное, даже и больше. И везде были какие-то национальные школы, везде на своих языках утренники какие-то, книжки выпускались. А помните то, что стояло у всех на полочках «Книга кулинарии всех народов СССР»? 

- Марат Марков: Прекрасная книга. Наши оппоненты пытаются всячески давить на ваших коллег, зарубежных артистов и очень хотят сорвать летний праздник «Славянский базар». То же самое, как, массово попытались, и у них это получилось, сорвать проведение Чемпионата Мира по хоккею у нас. Ведь у вас много знакомых в российской артистической среде. Как селебрити на это реагируют? 

- Евгений Олейник: Мы дружим с Андреем Алексиным. Это автор песен. Вот Киркорову он написал «Просто Подари», знаменитый хит. У них такой свой мир. Вот мы с ним общаемся, и он говорит: Женя, если у вас победит эта революция, приезжай, мы тут вас ждем, все будет хорошо.  

- Юлия Быкова: Знаете, люди просто не понимают, что здесь происходит, они не знают, они здесь не живут. То, что до них доносят, а доносят до них другую информацию, БТ и ОНТ не вещает у них. То есть реальную информацию они не получают. Они получают информацию из интернет-источников, и от многих наших коллег, которые засели в Москве, которые совершенно понятно, что «невероятные». 

- Марат Марков: Публичные люди, на словах или личным примером призывавшие белорусов увольняться с государственной работы или бастовать, в итоге подставили тех, кто их советам последовал. Как им спится по ночам, на ваш взгляд? 

- Евгений Олейник: Мне кажется, очень правильная тема поднята, что публичные люди должны чувствовать свою ответственность и вести себя соответствующим образом. Я хочу сюда приплюсовать тех наивных наших коллег, кто не за деньги, а по доброте душевной, просто говоря, не смоделировал то, сколько врали про них самих эти источники, приняли информацию из этих источников за правду. Вот это вершина глупости, когда артистка приходит к нам и с периодичностью раз в полгода говорит «Женя, да посмотри, что TUT.by про меня написали, ну это же невозможно». И потом то же самое репостит, что писали источники, которые врали о них самих, вот это вершина глупости. 

- Марат Марков: Я задаю в таких случаях один простой вопрос: вы в курсе, что за короткий срок TUT.by четыре раза попался на лжи откровенной, и поэтому потерял статус СМИ? Это самое вопиющее. Ваши коллеги, которые переобулись, они же рекомендовали людям выйти на забастовку. А почему они сами не перестали ни петь, ни удалили свои блоги, остались рекламировать товары на своих соцсетях. Почему они не стали бастовать и наносить ущерб режиму, как они говорят? 

- Юлия Быкова: Я вам больше скажу, некоторые еще и на предвыборной кампании успели заработать, на нашей. То есть, когда мы с Женей, я как доверенное лицо [кандидата в Президенты Республики Беларусь Александра Лукашенко], Женя и еще с нами музыканты как помощники доверенного лица, мы ездили, общаясь с населением и давая концерты при этом еще. Каждая встреча – это волонтерская работа. Они, пока мы бесплатно все это делали, они участвовали во всех этих предвыборных концертах. А потом пишут посты в интернете «как вам не стыдно, деятели культуры». Я им пишу, почему этим занимались? А в оправдание они – «ну кушать же нам хочется, есть же нам надо, мы же артисты». 

- Марат Марков: То есть работникам «Белкалия» есть не надо? 

- Евгений Олейник: Я считаю, что любые запретительные меры проводить деструктивно. Мне кажется, проще и выгоднее в любом случае не запрещать тех, кто сделал плохо, а поддерживать тех, кто сделал хорошо. Потому что те, кто сделал плохо, в любом случае, понимали они это, не понимали, – 90% их аудитории, вот этих вот певиц, вскормленных государством, это сторонники Лукашенко. И то, что им сейчас в инсту и в FB накидывают кучи хвалебных комментариев, это люди, которые никогда не покупали билеты на их концерты. Фишка в том, что аудиторию нужно свою немножко знать. И если ты от нее открещиваешься в угоду близкому окружению, которое тебе в уши поет, это глупость или наивность. Я других причин не вижу. Я точно знаю, что очень многие наши артисты не получали никаких денег. Я знаю примерно, кто получал. И точно знаю двух человек, кто получал. Про Агурбаш я могу сказать точно, совершенно. У меня есть достоверная информация о том, что человек еще и других вот наших друзей пытался втянуть.

- Марат Марков: Я абсолютно уверен, что они не будут востребованы не только потому, что их будут запрещать, а потому, что, потеряв связь со своей аудиторией, как вы правильно сказали, они в другом месте никому не нужны. 

- Евгений Олейник: Они нужны только пока они поливают грязью то, что та аудитория тоже поливает грязью. Но я знаю этих людей, они внутри не такие законченные мерзавцы, они не смогут это делать бесконечно. То есть тот, кто переформатируется полностью, будет там кушать до конца жизни.  

- Юлия Быкова: Но не все будут кушать, у них там очень большие склоки. 

- Евгений Олейник: Те люди, которые сделали это по глупости, либо не рассчитывали, что это настолько серьезно, они не смогут с собой жить в ладу. 

- Юлия Быкова: Как было жаль расставаться и рушить отношения с хорошими творческими, креативными людьми, которые прониклись всей этой идеей и ушли. Я им пишу: послушайте, ради каких-то людей, которые решают здесь, на этой территории свои политические, финансовые вопросы, интересы, которым на нас плевать, на вас плевать, они не знают, что мы существуем, в принципе. Зачем ссориться, зачем терять человеческие отношения ради этих людей? 

- Марат Марков: Я согласен с вами. Жаль, что они так не думают в отношении вас. 

- Евгений Олейник: Очень хорошо сказали вы в фильме «Убить Президента» про слова Тертеля, которые он сказал на ВНС: вам же говорили, вас же предупреждали, намекали, рассказывали. Но это про силовую сторону конфликта. Но я делаю этот жест по отношению к нашим коллегам. Не видят, не понимают, не хотят. Желания говорить об этом все меньше и меньше.  

- Марат Марков: Сейчас мы сталкиваемся с буллингом в отношении конкурса «Мисс Беларусь». Юлия, что может сказать «Женщина года» будущей «Мисс Беларусь»? 

- Юлия Быкова: Комментарий, он всего лишь отражает личность самого комментатора. Когда девочки читают комментарий, они же пока не знают, бот это или нет. Есть события, а есть комментаторы, которые комментируют. И совершенно очевидно, чем человек наполнен, то из него и выходит. Реальные это люди или не реальные, к вам это не имеет никакого отношения. Вы себя знаете: кто вы, что вы. Удаляйте, блокируйте нещадно.  

- Евгений Олейник: У каждой девочки есть кумир и проще, наверное, в психологическом плане вспомнить любого своего кумира – Джастина Бибера, у кого-то Филиппа Киркорова, я не знаю какие у девочек кумиры. И просто посмотреть на их ленту и увидеть те же самые оскорбительные, уничижительные комментарии. Джастин Бибер очень долго держался в YouTube под №1 по количествам дизлайков. И это никому не мешает становиться звездой, это всего лишь отражает отношение людей к успеху. В основном это пишут «диванные критики» и боты. Очень просто понять, что перед тобой бот, зайдя на страничку, не увидишь ни одного комментария, содержимого, только фотографии, иконки и все. Значит, эта страница создана специально для оскорблений. Может, это ваши конкурентки наняли, чтобы вас оскорбляли. Тут вариантов может быть миллион.  

- Юлия Быкова: Во-первых, от этого абстрагироваться, во-вторых, это цена успеха. Значит, вы успешны. 

- Евгений Олейник: Кстати, YouTube при выдвижении в тренды суммирует лайки и дизлайки. Спасибо огромное тем людям, которые платят огромные деньги, чтобы дизлайкать наше видео. Вы выводите нас в тренды. 

- Марат Марков: Про что будут следующие ваши песни? Может про единство? Или про противостояние, которое актуально сейчас?  

- Евгений Олейник: Артист всегда живет в двух реальностях: это реальность вечного – то, что беспокоит людей со времен Шекспира и Древнего Рима и чего угодно. Любовь, вечные отношения, и в реальной реальности он живет, то, что его окружает. Поэтому вот эти две ипостаси всегда сопровождает любого артиста. Все, что будет происходить сейчас и все, что нас волнует всегда, – это и есть тема для песен.  

- Марат Марков: Юлия, вы иногда заказываете у Евгения песни? Вы конкретно ему говорите, я хочу спеть про это? 

- Юлия Быкова: Нет. Оно ка-то так получается. Очень тяжело получается, когда мне нужно рассказать то, что мне надо. О вечном, о любви я вообще люблю петь. У меня первые несколько сотен песен были о несчастной любви. Наше творчество никогда не провоцировало какую-то социальную конфронтацию. Ну, например, «Любимую не отдают». Там же такие слова,– о вечном, о детях, в мире. В любви, в согласии, вместе.

- Марат Марков: Вас вроде обвинили чуть ли не в домашнем насилии?

- Юлия Быкова: Вроде же и такая женщина и обвиняла. Каждый найдет в чем поколупать. 

- Марат Марков: Какого цвета у вас Аура? Что помогает ей не гаснуть?

- Евгений Олейник: Самая контрастная. Это сочетание цветов красного и зеленого. Этому даже есть научное обоснование.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram

География:
Новости Минска