«Нам надо быть готовыми действовать, защищая свои интересы от имени Республики Беларусь, в одиночку». Лукашенко обсудил с Засем и Лаппо взаимодействие с Россией в пограничных вопросах

865

Сегодня во Дворце Независимости говорили о Союзном государстве и совместных усилиях Беларуси и России в охране внешней границы – пятилетний срок очередного документа завершается как раз в ноябре. Может, нужно что-то изменить? 

Возможно, на этот вопрос могут ответить туристы из Европы или водители большегрузов, которые едут в Россию через Беларусь. И не все граждане третьих стран успешно пересекают границу с нашим партнёром по Союзному государству. 

И даже наличие визы не гарантирует отсутствие проблем в пункте пропуска. Москва несколько лет назад обозначила: проблема в том, что на границе с Беларусью нет международных пунктов пропуска. Потому юридически вроде как действительно нельзя.

Но очевидно, и об этом сегодня говорил Президент, что проблемы возникли не на уровне пограничных ведомств. Дело не в безопасности, это – политическое решение. Причём одностороннее. А ведь договор о совместных усилиях по охране границ в 95-м году государства принимали вместе. А сейчас получается, есть два взгляда на один документ.

И чтобы вновь работать в одном направлении, нужен или возврат к прежней схеме, или изменения. 

Раньше на польской границе стояли, а теперь вот и на российской. Дожили. Опытные дальнобойщики с теплотой вспоминают те 20 лет, когда на крейсерской скорости пролетали два знака «Беларусь» и «Россия», даже не притормаживая. И если белорусы до сих пор беспрепятственно пропускают всех гостей с Востока, то россияне теперь проверяют водителей по полной программе.

Михаил Лобов, водитель (Беларусь): «Они проверяют документы на груз, удостоверение личности – паспорт, техпаспорта на машину, дальше еще карнет или транзитную декларацию, показываешь, заходишь, он по компьютеру вбивает все это. Ну, а раньше что? Раньше проезжали и все».

Камиль Алиев, водитель (Азербайджан): «У нас паспорта смотрят, еще груз смотрят, документы для грузовика проверяют».

Конрад Сабо, водитель (Венгрия): «В Бресте меня проверили, я оформил все документы, доезжаю до российской границы и мне опять делать практически то же самое. Еще и какие-то печати нужно ставить дополнительно. Я не знаю зачем. А все это отнимает время и создает очереди».

Внезапно возникшая внутренняя граница в, казалось бы, Союзном государстве уже не раз обсуждалась и на уровне глав государств. И были обещания Москвы разобраться, но автовоз и ныне там. А значит, нужны новые юридические инструменты. Договор о совместных усилиях по охране госграницы Беларусь и Россия подписали ещё в далёком 95-м. С тех пор даже пограничные ведомства в обеих странах изменились, не говоря уж о реалиях, которые совсем не соответствуют былым договорённостям.

Если фуры рано или поздно со взятками или без, но прорываются через российских пограничников, то иностранным туристам и бизнесменам, которые едут в Россию через Беларусь путь преграждает незримый красный кирпич в виде абсурдного аргумента – «это не международные пункты пропуска». То есть пограничники здесь есть, а пропуска нет.  

Это притом что у партнёров по Союзному государству есть общий список невъездных, и персоны нон грата и так не могут попасть в Россию через Беларусь. Казалось бы, кому бояться открытой границы с Россией, так это белорусам. Именно с Востока к нам идёт основной наркотрафик, не говоря уже про контрафактный спирт и оружие. А вот претензий к белорусским пограничникам у россиян нет. Как и внятных аргументов, зачем было закрывать границу. Но пока ближайший союзник с помощью искусственных барьеров лишает белорусов выгод транзитного положения, ведомства двух стран прекрасно сотрудничают. Только за последние три года белорусской и российской погранслужбами совместно вскрыто шесть каналов нелегальной миграции, а с начала нынешнего года пресечена контрабанда в полтонны наркотиков. Нет проблем ни у транспортников, ни у военных двух стран. Но почему, когда дело доходит до правительственного уровня, начинаются проблемы? – задаётся вопросом наш Президент.  

Белорусским пограничникам особенно обидно слышать обвинения в «нахлебничестве». Ни для кого не секрет, что с белорусской стороны рубежи охраняются фактически безупречно. Новейшие технологии, видеокамеры, сигнальные элементы, роботизированные комплексы, коптеры, передовые системы досмотра. Российские коллеги признают, что им до такого уровня далеко. При этом российских денег в оснащении белорусских пограничников, по сути, ни копейки. Да. Есть союзная программа совершенствования пограничной безопасности. Но её финансирование иначе как абсурдным и бессмысленным не назовёшь. Российская сторона перечисляет в общий бюджет 65% средств, а Беларусь – 35%. А потом Россия забирает оттуда те же 65% и тратит на свои нужды, Беларусь забирает свои же 35%. Так зачем вообще нужна эта имитация финансирования, если реально каждый платит сам за себя? Не для того ли, чтобы потом снова обвинить белорусов в воображаемых дотациях?

Анатолий Лаппо, председатель Государственного пограничного комитета Беларуси: «Если бы мы были нахлебниками, тогда у меня должна быть полностью материальная база за их счет: техника, вооружение, продукты питания, одежда. Вот тогда они сказали бы, что мы нахлебники. Мы ставим вопрос, почему на нашей внутренней границе существуют пограничники. В новом договоре нужно расставить все точки над "i". Мы равноправные – что российские пограничники, что белорусские».

Парадокс. Но пока российское правительство вместо конкретной помощи в защите общей границы отгораживается от Беларуси шлагбаумами, Евросоюз выделяет белорусским пограничникам десятки миллионов долларов, потому что понимает, наша страна – фильтр для нелегалов и наркотиков. Эти деньги окупятся с лихвой. У Москвы с математикой хуже, или считают в свою сторону? Формула странная: Беларусь покупает у России оружие, чтобы защищать россиян.

Договор о совместных усилиях в охране госграницы подписывался четверть века назад на условиях автоматического продления, каждые 5 лет, если никто из партнёров не возражает. Как раз в этом месяце истекает очередная пятилетка, и белорусы говорят прямо: если продлевать будем, то на чётких и взаимовыгодных условиях.

Станислав Зась, госсекретарь Совета безопасности Беларуси: «Ряд положений документа исполняется и дает результат, например, информационный обмен, совместные оперативно-разыскные мероприятия, подготовка кадров. Вместе с тем некоторые положения договора выполняются формально либо не в той степени, как это нужно. Это совместные усилия по развитию инфраструктуры, по оснащению сил и средств, которые привлекаются для охраны государственной границы».

Разумеется, упираются эти вопросы не в сами шлагбаумы, которые по приказу сверху выставили российские пограничники, а как раз в тех чиновников, которые эти приказы отдавали.

Александр Лукашенко, Президент Беларуси: «Поэтому надо все эти вопросы сводить на уровне правительства и на стол: вот, мы помогаем. И чтобы российское общество знало и понимало, что никакие белорусы не нахлебники, что русскому человеку, россиянину в Беларуси не хуже, чем в России. Давайте прямо говорить: лучше, чем в России. И они это отмечают. Поэтому, если российское руководство готово в этом направлении действовать, тогда давайте будем с ними заключать новый договор по обороне наших границ. Если россияне не хотят этого, тогда нам надо быть готовыми, как мы и работаем сейчас, действовать, защищая свои интересы от имени Республики Беларусь, в одиночку. Все эти вопросы должны быть открыты, честны и обсуждаться на переговорах с руководством Российским Федерации, в данном случае с пограничным ведомством».

Сроки силовики пока не называют, но обещают представить россиянам свои условия оперативно, как и подобает людям в погонах.  И тогда уже от ответа партнёров или его отсутствия будет ясно, что Москве ближе – те самые «совместные усилия» или международные пункты пропуска.