Чтобы помнили

692

В пятницу в урочище Благовщина под Минском была торжественно открыта вторая очередь мемориального комплекса «Тростенец». В митинге-реквиеме приняли участие Президенты Беларуси, Австрии и Германии. По количеству жертв «Тростенец» находится на четвёртом месте после лагерей смерти «Освенцим», «Майданек» и «Треблинка». Здесь были зверски убиты более 200 тысяч человек. Продолжит Александр Злобин.

Под сухие и беспристрастные удары метронома участники митинга-реквиема будто переносятся на годы и десятилетия назад, вспоминая родных и близких. Ведь у многих здесь, в Тростенце, погибли родители, родственники, соседи. Великая Отечественная – это время геройских поступков, но и упадка цивилизации, достижения которой как никогда ранее применялись для массового уничтожения людей. Концентрационные лагеря стали одним из самых страшных изобретений человечества, когда людей превращали в номера и пепел.

В Тростенце нацисты организовали настоящий конвейер смерти. Чудовищный механизм работал слаженно и чётко. Помимо самого лагеря, под Минском оккупанты построили крематорий – он располагался в урочище Шашковка. Благовщина стала местом массовых расстрелов. Тут же людей закапывали в огромных ямах-могилах длиной до 50-ти метров. Именно здесь убивали людей из других стран.

Эшелоны ехали из Германии, Австрии, Чехии. По маршруту Гамбург – Минск прибыло 990 пассажиров, отмеченных звездой Давида. Выжили лишь 38. Эшелон Кёльн – Минск: 1164 человека, число выживших неизвестно. Авторы документального фильма «Зондергетто» (он вышел в эфир на телеканале ОНТ в день реквиема) собрали воспоминания детей тех, кого фашисты отправили по смертельному маршруту. При этом на восток люди ехали с надеждой.

Курт Маркс, сын Зигмунда и Ирмы Маркс, депортированных в Минск: «Людям говорили, что они едут работать. Мы знаем это из писем, написанных в эшелоне. Я получил письмо. Приближался мой день рождения. Это было последнее письмо».

Спустя несколько дней родителей Курта Маркса, немецких евреев, убили. Вероятнее всего, они погребены где-то здесь.

Курт Маркс, сын Зигмунда и Ирмы Маркс, депортированных в Минск: «Дома, когда умирает кто-то из вашей семьи, вы можете пойти на кладбище. Для меня же это было невозможным до недавнего времени. Вот почему я приехал сюда. Для меня это как завершение того, что случилось 75 лет назад.Надеюсь, люди будут приходить сюда, чтобы вспомнить, что здесь произошло, и почему».

Долг погибшим отдаёт и Беларусь.Создать в Тростенце «мемориал Памяти» – поручение Президента. В июне 2014-го Александр Лукашенко заложил памятную капсулу, год спустя принял участие в открытии первой очереди комплекса, где теперь можно поклониться погибшим у «Врат памяти» и поставить свечу. В пятницу Президенты Беларуси, Германии и Австрии открыли вторую часть мемориала – на месте массовых расстрелов. Но прежде Главы государств прошли символический путь: 800 метров от вагонов до места казни. Сегодня же эта дорога призвана объединить разные страны, народы и национальности.

Трагедия не должна повториться. Но как предотвратить катастрофу? Президент Германии предлагает знакомить людей с историей – даже такой, за которую многим стыдно и сегодня. Именно для этого возводят мемориалы и снимают фильмы, такие как «Иди и смотри» советского режиссера Элема Климова. Эту ленту Франк-Вальтер Штайнмайер привёл в качестве примера.

Франк-Вальтер Штайнмайер, президент Германии: «Иди и смотри! Да, трудно следовать этому зову. Всё ещё трудно. В нас вселяют ужас сотни тысяч жертв, которых поглотил этот ад. В нас вселяет ужас война, планы, приказы и методы ведения которой подразумевали тотальное уничтожение. Беларуси пришлось на себе испытать, что это означает. Более 600 деревень вместе со всеми жителями были стёрты с лица земли».
Александр Ван дер Беллен, президент Австрии: «Люди знают «Освенцим», и это важно. Но на фоне «Освенцима» на второй план часто уходят другие, не менее ужасные места. И существует опасность, что забвение названий концентрационных лагерей и лагерей смерти может привести к потере памяти о бесчисленных жертвах и гигантских масштабах уничтожения. Знания об этом мы должны в наших же собственных интересах сохранить в коллективной памяти Европы как предостережение. И когда однажды последние очевидцы замолкнут, нужно, чтобы были места памяти, которые могли бы говорить вместо них».

Одним из таких мест памяти стал и останется Тростенец. Сюда можно и необходимо приехать, увидеть и осознать, что мир – это не столько данность, сколько весьма хрупкое равновесие интересов. Для поддержания которого необходимы серьёзные усилия каждого из нас. В земле горького прошлого могут взойти семена лучшего будущего.