Что в ЕАЭС планируют реализовывать до 2025 года?

Что в ЕАЭС планируют реализовывать до 2025 года?

Тема коронавируса ожидаемо была на этой неделе и в повестке саммита Евразийского экономического союза. Итоговый в этом году форум принимала, если можно так сказать, Беларусь. Из-за пандемии он прошел в уже привычном онлайн-формате. Этой встречей завершилось председательство Беларуси в союзе. Александр Лукашенко на правах хозяина саммита подвёл итоги евразийского года.


Несмотря на сложности, страны сделали несколько важных шагов к единой политике в агросекторе, энергетике и транспорте. Ну а то, что за виртуальным столом в этот раз не пять, а восемь стран, говорит о том, что ЕАЭС расширяет сферы экономического влияния, причем далеко за пределы евразийского континента. 

Теперь не только Молдова. Статус наблюдателя при союзе получили Куба и Узбекистан. Вообще этот год стал испытанием на прочность для каждой из стран-участниц и для всего интеграционного объединения в целом. Выдержали! Не закрылись и не отгородились шлагбаумами даже на пике пандемии. 

Однако коронавирус обнажил и нерешенные проблемы. И, как отметил Президент, «показал истинную цену невыполнения достигнутых ранее договоренностей». А ведь сейчас как никогда важно действовать вместе, а не искать лазейки. В общем, есть над чем работать. И в промышленной кооперации, и по устранению барьеров и изъятий, и по созданию единого рынка энергоресурсов. Это – задача на ближайшую перспективу. Реализовать на практике то, что прописано в стратегии развития евразийской интеграции до 2025 года. Документ, отправленный на доработку в мае, под занавес года президенты одобрили.  

Лицо внешней политики и главный по энергетике. Вот вам и повестка нынешнего саммита. Он ещё не случится, а его уже назовут «газовым». Хоть в перечне рассматриваемых такого вопроса нет. Выходит, это саммит-интрига?

Время идёт, а накопленные вопросы не решаются – так накануне виртуального саммита писали скептики. И их можно понять. Ещё в мае главы государств намеревались принять стратегию развития союза сразу на пять лет. На календаре декабрь, и к завершению подходит председательство Беларуси в ЕАЭС. И что нам делать? Ставить многоточие или всё же жирную точку? 

Время проверяет союзы на прочность. А заодно – и прочность положения самих лидеров. В этом смысле саммит вообще уникальный. Ушедший с поста президента, но не из политики Нурсултан Назарбаев, покидающий президентское кресло наблюдатель при ЕАЭС Игорь Додон, исполняющий обязанности президента Кыргызстана Мамытов и работающий под требования отставки Никол Пашинян. Каждый скажет, как непросто проводить внешнюю политику под гнётом внутренней, а Александр Лукашенко на правах хозяина саммита резюмирует.

Вот, казалось бы, у всех свои проблемы. Так, может, им не до ЕАЭС? Наоборот! Все решат: держаться и правда стоит вместе. Логично тогда и стратегию подписать. И вот тут самый щекотливый момент. Ведь в ней – построение общего газового рынка. А без установления тарифов на транспортировку газа – чего подписывать? Позиция Минска и Еревана, свой интерес в этом вопросе у Бишкека. Впрочем, главный в союзе по газу на этот счёт не скажет слова.

Владимир Путин, президент России: «Мы поддерживаем подготовленный правительствами пятёрки проект стратегических направлений развития евразийской интеграции до 2025 года, предусматривающий завершение формирования в рамках ЕврАзЭС общего рынка товаров, услуг, капитала, рабочей силы, а также единого цифрового пространства». 

Минск и Москва давно отошли от конфронтационной риторики. И только премьер Армении будет деликатен, но настойчив. 

К слову, на Евразийский экономический союз приходится около одной пятой мировых запасов и добычи газа и почти четверть мирового экспорта. Что и говорить – труба зовёт! 127 долларов за тысячу кубометров, которые платит Беларусь, неплохо, ведь Москва намеревалась запросить больше, но не равно тому, что платят потребители в самой России. И даже те, кто не разделяют идею о равной цене, признают, что она могла бы быть и пониже.

Обсуждать тот самый стратегический вопрос лидеры будут в закрытом режиме – в отличие от майского саммита. Закрытым он будет настолько, что в слуховой комнате останется минимальное количество людей. Время станет каким-то тягучим, но мы дождёмся окончания. Правда, министр энергетики будет крайне немногословным.

И лишь после пяти вечера общественность узнает: согласовали. Стратегию. А вы что подумали?

Михаил Мясникович, председатель Коллегии Евразийской экономической комиссии«Это действительно историческое событие в рамках наших интеграционных процессов. И это действительно документ, который позволит по-новому решать многие вопросы. Договор, который был подписан в 2014 году, во многом исчерпал какую-то свою кинетическую энергию, и требуются новые и, я бы сказал, более совершенные подходы». 

Если отбросить лирику, то величина той самой кинетической энергии зависит от массы тела (а что в союзе политические тяжеловесы, и так понятно) и скорости. Вот её интеграции и должен придать новый документ. Что «такого» в этой стратегии – наверняка разберут по косточкам в ближайшее время. Ну а газ, похоже, и ныне там. В том смысле, что на онлайн-брифинге о нём скажут как-то уж очень протокольно.

Ия Малкина, помощник председателя Коллегии Евразийской экономической комиссии: «Комиссии даны поручения совместно со сторонами проработать вопрос цено- и тарифообразования на услуги по транспортировке газа на общем рынке газа ЕАЭС в рамках международного договора по формированию общего рынка газа союза, который должен быть разработан в 2021 году». 

Есть ещё, конечно, вариант перенести газовые переговоры на двустороннюю основу – и тогда евразийской интеграции вроде как ничего не мешает. Но, как ни крути, решать вопрос всё равно придётся. На сегодня же, пожалуй, важно другое – белорусское председательство завершается в мажоре. 

Не ставить национальные интересы выше союзных. Об этом так часто говорит белорусский Президент. Сам же саммит в каком-то смысле стал иносказательным. А интрига, похоже, ещё поживёт какое-то время. 

Фото: БЕЛТА

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram