Трагедия в Барановичском районе: беременной женщине ампутировали руки после нападения питбуля

Беременная женщина осталась без рук после нападения питбуля. Шокирующая история произошла недалеко от Барановичей в небольшом посёлке Деревная. Бойцовому псу не понравилось поведение хозяйки – женщине не повезло, во время нападения дома не было больше никого, поэтому помощь подоспела, когда собака уже практически расправилась со своей жертвой.

«Когда я её увидел, она одна была, рук не было  только кости. Собака сидела у колодца».

В таком состоянии 32-летнюю Елену Бушкевич нашел её гражданский муж. Женщина была в сознании, но как долго её терзала собака и сколько ещё она провела, истекая кровью, не знает никто. К приезду Сергея пёс был совершенно спокоен…

По словам Сергея и его отца (семья живёт вместе), собака никогда не была агрессивной. Ни к своим, ни к соседям. Сейчас Елена в реанимации Барановичской городской больницы. Ей отняли обе руки по локоть. Состояние тяжёлое, ребёнка пока удалось сохранить (женщина на середине срока), но сможет ли «доносить» мальчика – врачи от прогнозов воздерживаются. Нет и ответа, почему пёс вдруг бросился на хозяйку. Родственники считают, что одной из причин мог стать запах алкоголя.

Собаку готовят к усыплению. Несмотря на трагизм событий – виноват ли только пёс в произошедшем? Волонтёры уверяют, это, скорее, вина хозяев. «Особо опасной», считают зоозащитники, может быть любая крупная собака, воспитанием которой просто не занимались.

Вероника Хацкевич, руководитель благотворительной зоозащитной организации «Эгида»: «Воспитание, поведение собаки зависит только от хозяина. Мы изначально предлагали переименовать список и назвать его “собаки, требующие особых условий содержания”, потому что термин “потенциально опасная порода” сразу несёт агрессию против этих животных. И также мы предлагали, чтобы на заведение собак такой породы требовалось специальное разрешение».

Среди требований и прохождение кинологической школы, чтобы хозяин мог обучить пса элементарным командам, и справка из наркодиспансера. На собаку из приюта – те же документы (правда, список чуть поменьше). Пока такая опека оформляется скорее формально, а итогом зачастую становится жестокость со стороны хозяев.

Чтобы Лори – обычная «дворняга» – стала хотя бы отдалённо напоминать собаку, понадобилось несколько месяцев реабилитации. Когда щенка буквально силой забирали у бывших хозяев, он еле передвигался: без воды и еды проводил по несколько недель в запертой комнате, не мог даже открыть рот – мышцы пасти были передавлены намордником (его не снимали сутками!)

Надежда Колбина, родственница бывших владельцев Лори: «Последней каплей была ситуация, когда невестка пошла за ребёнком в садик, девочка шла и ела чупа-чупс. Зашла домой, а собака прямо накинулась на неё, пыталась укусить не конфету, а девочку. Я за шкирку собаку и оттащила от ребёнка».

Эту историю хозяева приводят как показательную – мол, причины агрессии Лори были скорее в её природе, чем в условиях содержания. Показывают и где закрывали, и даже вспоминают подписанное соглашение об опеке.

Когда состояние собаки стало близким к критическому, о бумаге вспомнили, позвонили волонтёрам, а те, уже не спрашивая согласия, забрали Лори. Такие действия хозяев оскорбили до такой степени, что на зоозащитников собираются подавать в суд – причём всё за то же жёсткое обращение с животным.

За пять лет волонтёры из Гродно пристроили в семьи сотни щенков и взрослых псов. Точную цифру по стране посчитать невозможно, как и количество людей на добровольных началах занимающихся вброшенными, одичавшими или агрессивными собаками и котами, от которых отказались слишком поздно. Закон «Об обращении с животными» в Беларуси не могут принять уже несколько лет. В последней редакции (сегодня документ в Совмине) первый пункт – наказание за жесткое обращение с животным – пока остаётся в поле административной ответственности.

Юрий Дорогокупец, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси: «Если это жестокое обращение с животными без травм и смерти, – штраф от 15 до 30 базовых. Если  собака умерла или серьёзно покалечена – от 30 до 50 базовых. Пока только административная ответственность».

В Уголовном кодексе есть пункты, которые предусматривают срок за убийство или увечье собаки – их внесли в феврале прошлого года. При условии, что человек попался повторно. Максимальный срок изоляции – год (в соответствии с мировой практикой). Но не на камеру и разработчики, и волонтёры признают: доказать вину сложно! Как и в принципе привлечь к ответственности, пусть и административной, тех, кто, например, выгуливает собак в детских песочницах.

Культурой поведения пока тоже занимаются волонтёры. Как выгуливать, содержать в квартирах, какие породы можно разводить и даже кого чипировать – правила есть. Но нет закона, а значит, ответственность за соблюдение этих «правил» разделили несколько организаций – здесь и ЖЭСы, и местные власти, и даже Минсельхозпрод. И как тут не вспомнить пословицу «у семи нянек дитя без глаза». Звучит жутко, но за такими метафорами вполне реальные трагедии.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram