Атака на Брюссель

Что на самом деле является главной новостью уходящей недели? Конечно, Бельгия. Конечно, Брюссель. Но не теракты. Они, увы, уже стали частностью в долгой череде похожих событий.

Главное, знаковое событие недели, которое вмещает в себя всё, что происходило и происходит в Европе в последние десятилетия – это спешная эвакуация бельгийского короля Филиппа из своего брюссельского дворца.

Группа вооружённых и решительно настроенных мигрантов, подготовив и осуществив спецоперацию, заставила ретироваться одного из европейских монархов. Конечно, король не является в Бельгии определяющей политической фигурой. Но он – символ многовековой европейской истории. И этот символ был вынужден бежать.

Разумеется, это не первый случай, когда решительное и агрессивное меньшинство подавляло гораздо более могущественное большинство. Возьмите хоть древний Рим. Ирония судьбы в том, что именно европейцы – французские и германские племена – оказались тогда теми варварами, которые покорили величайшую империю. И вот, спустя полторы тысячи лет, сытая Европа сдаёт свои символы под натиском тех, кто голоден и агрессивен.

Трагедия, которая потрясла каждого, но не сломила нацию. Сотни бельгийцев приходят на Биржевую площадь Брюсселя, чтобы сказать: «Нет терроризму».

Среди тех, кто зажёг свечу в память о жертвах самой крупной в истории страны серии терактов, – Марат Юнусов с женой Мадиной. Он родился в Дагестане, в 90-е годы жил в Гродно, а в 2008-м уехал в Бельгию. События черного вторника врезались в судьбу этой семьи, как и тысяч других.

Два взрыва боевиков-смертников в зале вылетов аэропорта. Спустя час – теракт на станции метро «Мальбек». Рядом находится правительственный квартал объединённой Европы. От атак террористов, по уточнённым данным, погибли 32 человека, более 300 – получили ранения. Это были люди из 40 стран.

Российские средства массовой информации молниеносно сообщают о белорусском следе в этом преступлении. Мол, к подготовке терактов причастны бывшие жители Гомеля братья Довбаши, а также Марат Юнусов. Сообщалось, что они приняли ислам, стали религиозными фанатиками «Исламского государства», а боевые навыки оттачивали в Сирии. При проверке факты не подтвердились. Один из братьев Довбышей в момент атаки вообще находился в Гомеле. Но что это было – ошибка, вызванная погоней за сенсацией, или планомерная провокация, – ещё предстоит разобраться. Между тем, свои честь и достоинство Марат Юнусов намерен отстаивать, если понадобится, в суде.

После терактов бельгийские и французские спецслужбы (а связь с парижскими взрывами никто не оспаривает) многократно усилили взаимную активность. Ежедневно в новостях полиция отчитывается о рейдах и спецоперациях, о задержании подозреваемых и даже о предотвращении нового теракта, который готовился в пригороде Парижа Аржантёй.

И всё же спецслужбы эффективны лишь тогда, когда действуют на опережение, а не идут по следам уже произошедшей трагедии, уверен Алексей Филатов, за плечами которого – 20 лет службы в спецподразделениях КГБ и ФСБ. В составе группы «А» он принимал участие в антитеррористических операциях, освобождал заложников, в том числе и в Будённовске.

Алексей Филатов, вице-президент Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» (Россия): «Обеспечение безопасности на каких-то объектах, где происходит скопление людей, на вокзалах, в аэропортах, в ресторанах – это только 2% успеха борьбы с терроризмом. Если их не остановить на дальних подступах, когда они замышляют теракт, конструируют устройство, то вероятность остановить его на улице – она минимальна. Он зайдёт в кафе и взорвётся – и это то же, что и аэропорт. Каждое кафе невозможно обезопасить. Террорист может взорвать как в зоне ожидания, точно так же и на входе в аэропорт. Результат один. Спецслужбы не успевают действовать на опережение. Они не должны давать возможность террористам подготовить теракт».

Говорят, у терроризма нет религии и национальности. Но властям всё же предстоит ответить на вопрос, как во внешне благополучном и толерантном обществе созрели семена экстремизма и ненависти? Ведь исполнители, несмотря на восточное происхождение, были европейцами.

Абу Бекир Шабанович, муфтий мусульманского религиозного объединения Беларуси: «К большому сожалению, ряды мусульман пополняются молодёжью с искренними чувствами, но, не обладая глубиной знаний, они попадают в руки этих миссионеров, которые лепят из них вот таких борцов якобы за гуманизм и истинную религию ислам. Тем самым и пороча его. Это псевдоислам, это псевдоборцы. Это откровенные бандиты, которые ничем заниматься не могут, кроме как наживаться на крови убитых и компрометировать нашу религию, выражая чью-то волю, чьи-то средства».

Наталья Кутузова, кандидат философских наук: «Большая часть людей, которые придерживаются идей насильственного джихада, воспитывались не в традиционных исламских семьях, а новообращенцы. Они переходили из других религиозных сообществ. Идеологи «Исламского государства» готовили свою деятельность давно. В экспертной среде ещё пять лет назад говорили, что в странах Западной Европы есть группы, которые проповедуют радикальный ислам».

После атак террористов политикам предстоит пересмотреть подходы по многим вопросам: как действовать на Ближнем Востоке («Исламское государство» предлагает Европе торг: мир в обмен на отказ от бомбардировок в Сирии), что делать с миграционными потоками и, наконец, возможно ли создание единой антитеррористической коалиции, которая не на словах, а на деле объединит ведущие государства перед общей угрозой.

Виктор Шадурский, доктор исторических наук, декан факультета международных отношений БГУ: «В мире наступил период дисбаланса отношений, когда нет устойчивых союзов, когда нет компромиссов между ведущими центрами силы. В такой ситуации появляются новые игроки, возрастает миграция, появляются радикальные группы. Мы знаем, как появлялись организованные террористические группы, кто их поддерживал, ведь они боролись против противника. Эта логика ударила и по тем, кто их финансировал».

Александр Филиппов, кандидат политических наук: «Заявления правых политиков, которые говорят о том, чтобы не пускать мусульман, могут вызвать обратную реакцию. Чем опасен переход к политике «осаждённой крепости»: миллионы людей, которые не поддерживали террористов, могут им начать сочувствовать. Ведь мы не виноваты, а на нас оказывают давление».

Очевидно, выводы после терактов в Париже и Брюсселе должны сделать и в нашей стране. И дело не только в информационных вбросах о террористах с белорусскими паспортами. Анализ должен быть куда более глубокий и комплексный. Затрагивающий и миграционную политику, контроль на всех границах, и поддержание дальнейшего баланса среди людей разных религий и национальностей. Чтобы и впредь Беларусь оставалась толерантной и безопасной страной.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram