Ход конём
В Беларуси впервые приняты правила разведения и содержания лошадей. Казалось бы, всё просто…

Воспоминания 69-го года... Тогда зоотехника Борислава Викторовича из Рязани пригласили разводить лошадей под Минском. Спортивная школа здесь работала уже 4 года, а животных не хватало. Открыли конезавод имени Доватора – героя СССР. Через 10 лет о лошадях-чемпионах из Беларуси говорят во всём Советском союзе. Но ещё через десять в отечественном коневодстве появляется «тёмная лошадка»… и в 90-х о белорусах в седле снова забывают…

Елена Рашкевич, заместитель главы фермерского хозяйства: «В принципе, в стране на мясо сдавали очень классных, породистых лошадей. Одного производителя с мясокомбината прямо с трапа забрали, кобылы тоже были в не очень хорошем состоянии. Спортивная лошадь тогда была не нужна. Это было что-то типа разрухи. Спортом никто не увлекался, деньги на это не давались, турниры не проводились…»

Елена с детства на коне. На её ферме лошадям закон не писан – животные под круглосуточным присмотром, всегда накормлены, тренируются. В конюшне собрали немцев, поляков – жеребцов спортивных и потомственных, а потому на этой ферме бьют копытом по белорусской земле лошади исключительно породистые. Дело – элитное, а потому дорогое и, увы, не всегда прибыльное. Содержание лошади в условиях, где только лучший овёс и комфортные конюшни, в месяц обходится более чем в полтора миллиона рублей.

Елена Рашкевич, заместитель главы фермерского хозяйства: «Я недавно вернулась из Польши и могу сказать, что если бы всё, что сделано тут, было сделано там – это было бы очень рентабельно. А у нас это … «зеро»…»

Под Брестом тратить иностранные деньги на содержание элитных лошадей не приходится. Порода наша – белорусская упряжная. Её вывели ещё в конце XIX века, зарегистрировали только в конце XX. Выращенная крестьянами, она и в телегу запряжётся, и под седло станет. И здесь речь не о престиже – зарабатывают трудом. За 2011 год 100 лошадей хозяйства принесли 140 миллионов рублей, но на нормальное содержание и поддержку породы этого не хватит, а ведь это престиж страны. Но в селе на родословную не посмотрят, главное, чтобы телегу было кому тянуть…

Марина Ярмолич, зоотехник по коневодству племенной фермы СПК «Полесская нива»: «Во всех других странах все национальные породы как-то курируются или под патронажем королевских особ или президентов на должном уровне обеспечиваются. Даже не столько материально, сколько законодательно, какими-то актами поддерживается хотя бы сохранность поголовья. И если как-то более внимательно к этому не отнестись в самое ближайшее время, то мы можем потерять свою породу».

Лисёнок – образцовый производитель белорусской упряжной породы. Им уже интересовались россияне – его готовы покупать, выставлять, сделать породу известной, а потом, по сути, зарабатывать на ней деньги, и не малые. У нас для чистокровного жеребца ничего лучшего, кроме пресловутой телеги, скорее всего, не найдут.

В Деревне Волосовичи Гомельской области тоже верны традициям, но уже не породным, а крестьянским. Лошадь – главный помощник. Семья Концевых держит 10 лошадей, пасут – на лугу, растят – все вместе. В перспективе – на продажу, сейчас – в помощь сельским пенсионерам. Вспахать огород, перевезти сено…

Владимир Концевой, коневод: «Население старое в деревне, лошадей мало, приходят, просят, я никому не отказываю. Только прошу записываться заблаговременно. Всё по плану построишь – люди приходят, берут».

Хозяйству 2 года, а потому пока растили для себя. Одна рабочая лошадка в стране стоит до 15 миллионов рублей. С первой продажи Концевые планируют купить прицеп к трактору.

Михаил Концевой, коневод: «Чтобы обучить коня, сделать из него рабочего, нужно 4 года, можно и 5, чтобы сделать хорошего рабочего коня. Обучение начинается с 3 лет. Сначала запрягаем зимой в сани. Потому что конь может понести, а зимой в снег упасть не страшно. Потом со временем – плуг, барона, распашка».

5 километров от столицы. В 1991 году именно здесь, в Центре олимпийской подготовки, коневодство пришло в упадок. Новый директор посчитал, что продавать лошадей в личное пользование спортсменам – дело прибыльное; спортсмены, в свою очередь, перепродавали животных за границу по ещё более выгодной цене. Так, за несколько лет качественных лошадей на родине попросту не осталось, не стало и чемпионов. Сегодня Борислав Викторович, проходя по новым конюшням и засматриваясь на современные манежи, объясняет.

Борислав Камзолов, главный селекционер конного завода имени Доватора (1969 – 1996 гг.): «Нужно 10 лет, чтобы получить жеребёнка, его вырастить и выступать. А у нас как раз получился провал, когда в 1996 году меня уволили, а всем этим коннозаводством занимались 3 женщины, а у трёх нянек, как и у семи, дитя без глаза…»

В 2005 году в Центре олимпийской подготовки – новый директор. Ратомку дважды посещает Президент. Подписан Указ о господдержке конного спорта. Не заставили себя ждать и первые результаты. Ратомка стала открытой для соревнования мирового масштаба.

С 2005 года коневодство в Беларуси вышло на новый уровень. Сегодня оказаться на коне может каждый, но вот чтобы остаться в седле, заводчикам нужно быть готовым к бегу с препятствиями в погоне за рентабельностью.

Рентабельность остаётся вопросом актуальным как для большой республиканской организации, так и для частных ферм. Коневоды отмечают, что бегать часто приходится по кругу и исключительно по собственной инициативе. Уже давно сделали вывод, что на пути к прибыли стоят не самые лучшие черты менталитета.

Елена Рашкевич, заместитель главы фермерского хозяйства: «У нас работают не белорусы – приехали ребята из Узбекистана. Мы сделали лицензию на них, зарегистрировали. У меня работали белорусы, но я приезжала и думала – что случилось на этот раз. Они после полудня пьют и ещё умудряются мой овёс продать…»

Но белорус с высшим образованием на конезавод работать не пойдёт, вот и остаётся вопрос открытым. Зато в спорте за лошадями ухаживают сами наездники, а условия для тех и для других улучшаются с каждым годом.

Виктор Малашко, главный зоотехник Республиканского центра олимпийской подготовки конного спорта и коневодства: «Здесь поля для выгулки, для конкура, для езды…. Был бы лошадью, сам бы скакал!»

А поскакать ещё придётся. Сегодня конезавод имени Доватора растит лошадей тракененской породы для наших спортсменов, спортсмены завоёвывают лицензии на олимпиады. Но на многих соревнованиях зарубежным экспертам приходится буквально открывать для себя Беларусь. И пусть о нас уже заговорили, но чтобы наверстать упущенное десятилетие, понадобится как минимум в два раза больше времени и усилий.

Виктор Малашко, главный зоотехник Республиканского центра олимпийской подготовки: «Лошади есть, люди стали ехать. Но одного сайта мало, хотелось бы, чтобы была помощь государства. В плане выездов, соревнований, рекламы. А то когда ты приезжаешь на соревнования, у тебя спрашивают, кто такая Беларусь и что, у Вас есть лошади? Да, у нас есть! И они прыгают!»

Как далеко ускачут белорусские тракены и насколько высоко прыгнут белорусские наездники, узнаем уже по результатам Олимпиады в Лондоне – у нашей страны две лицензии. А вот куда держит курс всё белорусское коневодство, пока не ясно.
Подробности – в видеосюжете нашего корреспондента

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram