Последний бой

297
Последний бой
22 июня 1941 начался, пожалуй, самый драматичный этап белорусской истории. Этот день начала Великой Отечественной войны стал отпечатком в генетической памяти нескольких поколений. В эту пятницу по всей стране прошли траурные митинги и молебны.
 
Но самой зрелищной и масштабной была реконструкция в Брестской крепости-герое. 71 год назад эта цитадель первая приняла на себя удар фашистов и продержалась больше месяца, затормозив наступление немцев на восток. Большинство защитников цитадели погибли, но не сдались.
 
И на рассвете всем присутствующим участники реконструкции показали то страшное утро 1941 года – первое утро Великой Отечественной войны.
 
В четыре утра – это время, когда в 1941 фашисты начали бомбить крепость – в Западный Буг опустили венки. Почтить память погибших советских солдат приехали тысячи людей. Причём многие – десятилетиями из года в год. Фронтовиков из России, а также участников исторических клубов в Брест доставил специальный Поезд памяти.
 
На рассвете в Минске пограничники возложили венки к Вечному огню на Площади победы. В первые дни войны более половины из 12 тысяч пограничников погибли или пропали без вести. Так же в Минске студенты и школьники принесли цветы к памятному знаку на месте концентрационного лагеря «Шталаг-352», ныне здесь расположен микрорайон Масюковщина. В годы оккупации в Шталанге находились до 140 тысяч советских военнопленных и гражданское население.
 
В Могилёве траурные торжества по традиции прошли на Буйничском поле, в Гродно – в Центральном парке, в Витебске – на площади Победы. День начала войны, пусть и не так масштабно, вспомнили, наверное, в маленьких городах и посёлках Беларуси. Что и неудивительно – с 1941 по 1944 Беларусь потеряла каждого 3 жителя.
 
Говорят, война не закончена до той поры, пока не похоронен последний солдат. К сожалению, назвать день, когда же, наконец, это произойдёт, не может никто. Недаром символом особого трагизма той войны является могила Неизвестного солдата.
 
А сколько их ещё – неопознанных, незахороненных… В Беларуси сейчас готовится к изданию первая книга-каталог воинских захоронений на территории страны. Пока учтено 7 тысяч 233 захоронения. Ещё несколько лет назад их было практически в два раза меньше.
 
Тем не менее, вокруг этого предмета – это металлодетектор, или, как говорят в народе, металлоискатель, – в последние месяцы разгорается настоящая война. Дело в том, что металлоискателями пользуются при раскопках. И сейчас довольно дорогостоящее оборудование в общем доступе, так что и воспользоваться ими могут не только ради восстановления справедливости, но и ради банальной наживы.
 
Как идут поиски павших? Насколько поисковым отрядам удаётся противостоять так называемым «чёрным копателям»? И как часто на надгробьях появляются новые имена?
 
Николай Дорофеев сегодня смотрит на вечный огонь совсем по-другому. Ещё несколько лет назад он и представить себе не мог, что совсем скоро не только узнает о судьбе погибшего на войне дяди, но и собственными глазами увидит его последний бой.
 
Самого Николая отец и назвал в честь не вернувшегося с войны брата. Долгие годы преподаватель столичного вуза пытался найти хоть какие-то сведения о своём родственнике.
 
Николай Дорофеев: «Родителям в 1946 году сообщили, что пропал без вести. Пытались найти. Писали в разные архивы. Но всё бесполезно».
 
На самом же деле история без вести пропавшего Николая Дорофеева получила продолжение ещё в 1970 году, когда при реконструкции дороги в деревне Озерница Гродненской области рабочие нашли останки 20 советских солдат. Многие были с медальонами, но вкладыши сильно пострадали, и прочитать что-либо тогда не получилось. Находки сдали в архив. Но наука не стоит на месте, и спустя 40 лет энтузиасты из поисковой группы «Батьковщина» решили продолжить расследование.
 
Александр Дударёнок, руководитель общественной поисковой группы «Батьковщина»: «Мы попросили передать в наше распоряжение сканы вкладышей с высоким разрешением и буквально за 15 минут их прочитали».
 
Среди них и был вкладыш танкиста Николая Дорофеева. Казалось бы, вот и конец истории, но на этом белорусские следопыты не остановились, отправили запрос в Германию. И вдруг история стала оживать на глазах. Эти (см. видео – прим. ред.) уникальные кадры, снятые немецким оператором в июне 1941, демонстрируются впервые в нашей стране. На них именно Николай Дорофеев и другие советские солдаты, останки которых потом и найдут в 1970. Оказывается, в немецких архивах про бой возле белорусской деревни Озерница информации едва ли не больше, чем про знаменитую Брестскую крепость. Дело в том, что под Озерницей только за одну ночь с 28 на 29 июня вермахт потерял целую роту. Когда 30 июня немецкие солдаты всё же вошли в деревню, их сковал ужас. Вокруг были целые горы обезображенных трупов немецких солдат. Гитлеровцы сначала подумали, что советские солдаты издевались над мёртвыми немцами. Из Берлина даже вызвали специальную комиссию. Специалисты с немецкой педантичностью восстановили цепочку событий. Оказалось, после того как у красноармейцев закончились патроны, они пошли врукопашную. Немцев били сапёрными лопатками, кололи штыками, резали ножами, но чаще – грызли зубами, от чего и были те страшные увечья. Фактически безоружный советский полк на несколько дней сковал немецкие дивизии и покинул позиции только после того, как погиб последний солдат.
 
А это ещё одни раскопки. При прокладке коммуникаций в Борисове рабочие наткнулись на очередное захоронение.
 
И хотя пока сложно точно установить, к какой армии принадлежали эти люди, кое-какие выводы специалисты делают сразу. Например, это череп молодого солдата. Ему было не больше 20. После смерти врачи сделали ему трепанацию. Но особое внимание к зубам. У советских солдат они, как правило, сточены от грубой пищи в отличие от немцев, привыкших к сосискам и паштетам. Пломбы в Германии так же были качественнее.
 
На сегодняшний день здесь нашли останки 150 человек. Все они без одежды. Судя по всему, это госпитальное захоронение – у многих солдат ампутированы конечности. Никаких документов или наград пока не нашли, но в любой момент всего одна найденная вещь может рассказать о судьбе многих солдат. Такое уже не раз бывало.
 
Вадим Томилин, археолог 52 отдельного специализированного поискового батальона Министерства обороны Беларуси: «Мы нашли в Могилёвской области захоронение 29 человек и всего одну медаль. И вот по этой медали мы через архивы установили не только владельца, но и всех остальных».
 
За последние 17 лет в современной Беларуси найдены и перезахоронены останки 19 тысяч 682 человек, установлены личности более 80 тысяч неизвестных солдат. Родственники тех, чьи родные более полувека считались пропавшими без вести, теперь со слезами благодарности приходят на их могилы. Не менее важны в этой работе и обезвреженные боеприпасы, которые сотнями находят в захоронениях. Ведь снаряды до сих пор могут забрать чьи-то жизни. Однако находятся и те, для кого старые мины и патроны всего лишь товар для продажи или боеспособное оружие.
 
Оружия, что сотрудники КГБ нашли в тайнике у этого чёрного копателя, вполне хватило бы на маленькую войну. Но не менее жутко и отношение таких людей к останкам павших.
 
Чёрные копатели забирают всё, что может представлять какую-то ценность: ордена, медали, документы, личные вещи. Оставляют только кости, по которым уже фактически невозможно определить личность убитого.
 
К тому же говорят о том, что немецкие семьи, чьи родственники погибли на территории бывшего СССР, готовы платить до 30 тысяч евро за жетон и указание могилы их предка. Иногда чёрные копатели даже пытаются обвинить и поисковый отряд, мол, военные тоже нацелены лишь на зарабатывание денег и ищут только немцев. Но в самом батальоне только пожимают плечами – в земле все равны, и работа батальона состоит в том, чтобы могил неизвестных солдат и мирных жителей становилось всё меньше. Они ищут имена погибших, восстанавливая их право на память. А потому отношение к чёрным копателям у профессионалов вполне конкретное.
 
Вадим Томилин, археолог 52 отдельного специализированного поискового батальона Минобороны Беларуси: «Какое может быть отношение к тому, кто убил человека второй раз…»
 
Сейчас в Беларуси готовится новый закон об охране историко-культурного наследия. Министерство культуры предложило создать специальную инспекцию, наподобие рыбнадзора или лесной охраны, которая бы буквально хватала чёрных копателей за руку. Своё предложение внесла и Академия наук.
 
Ольга Левко, заведующая центром института истории НАН Беларуси: «Запретить всем кому не лень ходить с металлоискателями и собирать, что им хочется. Чтобы металлоискателями могли пользоваться только специалисты – люди, которым необходимо с ними работать по роду занятий».
 
Однако здесь есть и другая сторона медали: члены общественной поисковой группы «Батьковщина» – энтузиасты, хоть и работают совместно с поисковым батальоном Минобороны, но официально специалистами не являются.
 
Александр Дударёнок, руководитель общественной поисковой группы «Батьковщина»: «Тогда мы все станем вне закона. У поискового батальона ограничены возможности и оснащение. А у нас есть уникальное дорогостоящее оборудование».
 
Этим обеспокоены и в Музее истории Великой Отечественной, ведь огромная часть его экспонатов – это находки добровольцев «Батьковщины».
 
То есть если в законе не учтут некоторые особенности, то «белых копателей», назовём их так, приравняют к чёрным, а это, как говорят в Одессе, – две большие разницы.
 
В любом случае разбираться в новом законопроекте предстоит парламентариям. Это их работа. А вот Николай Дорофеев теперь окончательно разобрался с историей своей семьи.
 
Николай Дорофеев: «Сыну своему обязательно, когда вырастет, всё расскажу, свожу к месту захоронения. Низкий поклон тем, кто возвращает домой пропавших солдат».
 
В студии «Контуров» – известный российский писатель и телеведущий Леонид Млечин, которого отличает работа с малоизвестными фактами истории, неожиданные сопоставления и комментарии, в том числе и о событиях Второй Мировой.
 
Подробности – в видеосюжете нашего корреспондента