Деление ядра

Конструктивный диалог на уходящей неделе вёл в нашей стране генеральный директор МАГАТЭ – Международного агентства по атомной энергии.

Президент Лукашенко заверил господина Амано, что свою первую атомную станцию Беларусь будет строить в тесном взаимодействии с МАГАТЭ. А если будет содействие, поддержка и соответствующие условия, то шанс на появление имеет и вторая АЭС.

Юкиа Амано, генеральный директор МАГАТЭ: «Беларусь является очень важным партнёром для МАГАТЭ, поскольку у страны есть свой печальный опыт в связи с аварией на Чернобыльской АЭС. Каждая страна нуждается в развитии энергетики, улучшении жизни своего населения, и в этой связи решение об использовании атомной энергии является важным».

Согласитесь, очень симптоматично, что нынешний, пятый по счёту, руководитель МАГАТЭ – японец. Вероятно, уже даже только поэтому 64-летний дипломат несёт дополнительную ответственность и за свои слова, и за свою деятельность.

По официальным заявлениям ответственных чиновников, подготовка к строительству первой белорусской АЭС шла с учётом всех стандартов и рекомендаций МАГАТЭ. Первый энергоблок станции должен заработать в 2017 году, второй – годом позже.

Как известно, проект станции разрабатывал российский институт «Атомэнергопроект». И самое главное, на что обращали внимание, по заверениям инженеров и учёных, – это безопасность. Её уровень на первой белорусской АЭС – «3+». Более высокого, говорят эксперты, на сегодняшний день просто не существует. В засекреченном институте и на стройплощадке точной копии островецкого проекта впервые побывала белорусская съёмочная группа.

Научно-исследовательский и проектно-конструкторский институт «Атомэнергопроект». Режимный, почти секретный объект. В разрешении на съёмку требование – в пределах одного кабинета. На стене – генеральный план Белорусской АЭС. За столом – главный инженер Дмитрий Алексеев. Это под его руководством разработан самый современный на сегодня проект атомной электростанции как таковой – «АЭС 2006». Проект уже успешно апробирован в Китае. А сейчас по нему сооружаются две атомные станции в России – под Санкт-Петербургом и Калининградом. По этому же проекту будет построена и белорусская АЭС.

Дмитрий Алексеев, главный инженер проекта Санкт-Петербургского научно-исследовательского и проектно-конструкторского института «Атомэнергопроект»: «Мы сегодня, накопив достаточно большой опыт не только на Чернобыльской аварии, но и всех авариях, которые происходили в мире в это время, вплоть до последней аварии в Японии, все эти вещи, которые имели место, все эти случаи, инциденты и аварии уже на сегодня учитываются в наших проектах».

Проект «АЭС 2006» – это мировой лидер по характеристикам безопасности. Использованы самые надёжные на данный момент многоуровневые системы защиты. Полностью соответствует международным нормам и рекомендациям МАГАТЭ.

– Четыре независимых канала безопасности. Дублируют друг друга. То есть при выходе из строя одного тут же заступит работать другой. Но при любом развитии событий автоматика остановит реактор.

– Четыре барьера защиты самого топлива. Не позволят радиации попасть во внешнюю среду. Последний, четвёртый щит – это герметичный двухслойный кокон. В нём укроют всё радиационно – опасное оборудование первого контура: сам ядерный реактор, парогенераторы, трубопроводы. Современная конструкция позволяет выдерживать все виды внешних воздействий. Землетрясения, смерчи, ураганы и даже падение самолёта.

– А ещё дополнительные системы защиты. К примеру, ловушка расплава.

Дмитрий Алексеев, главный инженер проекта Санкт-Петербургского «Атомэнергопроекта»: «На случай, а вдруг что-нибудь произойдёт. Кстати, как было на Чернобыле. Там ничего ведь этого не было. Но тем не менее. У нас при всём том, что созданы вот эти системы безопасности, обеспечивающие, казалось бы всё, у нас ниже реактора, в шахте реактора устанавливается так называемая ловушка расплава топлива. Если всё-таки, несмотря на все наши меры, произошло расплавление зоны, то вот этот кориум стечёт в ловушку, в которой он будет удерживаться, и никакого загрязнения грунта не будет».

Андрей Акатов, старший преподаватель кафедры инженерной радиоэкологии Государственного Технологического института (г. Санкт-Петербург): «Появляется новый термин – «управление аварией». По сути дела, это не как на Чернобыле взрыв и мы не знаем, что делать. Мы сегодня знаем, какие процессы могут происходить, и мы постараемся с помощью этих систем, которые многократно продублированы, управлять уже течением аварии, с тем, чтобы выхода радионуклидов за пределы не было».

Сосновый Бор – атомгородок под Санкт-Петербургом. Здесь в микрорентгенах разбираются даже дети. История города напрямую связана с АЭС. Был основан в год ввода в эксплуатацию первого энергоблока Ленинградской атомной электростанции – ЛАЭС-1. Почти 40 лет назад. В 2008 рядом началось строительство ЛАЭС- 2.

ЛАЭС-2 – станция новейшего поколения –  придёт на смену ЛАЭС-1, станции чернобыльского типа. Здесь будут установлены реакторы водо-водяного, корпусного типа, где в качестве теплоносителя и замедлителя будет использована обычная вода. Это значит, что эти реакторы будут совершенно безопасны. При любом развитии событий вредные вещества останутся в пределах герметичного кокона. На ЛАЭС-1 же реакторы совсем другого принципа. Такие во всём мире постепенно выводят из работы. Уже в 2015-16 годах на ЛАЭС-2 первые два энергоблока будут введены в промышленную эксплуатацию. Следом на ЛАЭС-1 реакторы будут остановлены.

Сооружение белорусской АЭС будет базироваться именно на опыте строительства этой станции. В свою очередь, её возведение опирается на успешный запуск Тяньваньской в Китае. Первые два энергоблока там построены тоже по питерскому проекту «АЭС 2006».

На площадке уже можно воочию увидеть кое-что из системы безопасности. Например, кокон для реактора и оборудования первого контура. Фрагмент снизу серого цвета – это внешний слой из бетона. За ним – внутренний, герметичный слой.

Олег Иванов, главный инженер филиала ОАО «Концерн Росэнергоатом»: «Двойной гермообъём рассчитан на то, что внутри кольцевого зазора постоянно поддерживается разряжение и даже, если происходит, подчеркиваю, не разрушение, а разгерметизация внутреннего гермообъёма, между этими двумя оболочками поддерживается разряжение и все радиоактивные вещества будут отсасываться через фильтровальные установки. Во внешнюю среду попадание исключено».

И ЛАЭС-2, и белорусская станция – это будут мощные пирамиды. Всё сведено к принципу глубокой защиты. Чего раньше не было. Жёсткая логика. Все сигналы взаимоувязаны. Соблюдён принцип невмешательства человека. В случае ЧП автоматика берёт управление на себя. Первые 15 минут – запрет на действия. Оператор только наблюдает и анализирует ситуацию. После, естественно, в любой момент он может вмешаться. Но и тут учёные постарались – ошибку система просто не даст провести.

Олег Иванов, главный инженер филиала ОАО «Концерн Росэнергоатом»: «Аналогичные ситуации проигрывались в Китае. Все проектные и запроектные аварии, которые возможны на полномасштабном тренажёре подтверждают, что первые 15 минут даже вмешательство оператора не требуется».

У России богатый опыт строительства АЭС. В том числе и за рубежом. Сейчас госкорпорация «Росатом» возводит станции в Индии, КНР, Болгарии, Иране. В самой России сегодня работает 32 ядерных энергоблока на десяти АЭС. Параллельно создаются специализированные информационные центры. Один из 15 открыт в Петербурге. Здесь дают элементарные знания по атомной энергетике и по вопросам безопасности ядерной отрасли. Всем желающим – вход свободный. Проект получил международное признание. К слову, такой инфоцентр вскоре может появиться и в Беларуси.

Андрей Акатов, старший преподаватель кафедры инженерной радиоэкологии Государственного Технологического института (г. Санкт-Петербург): «Это очень хороший тон, когда отрасль, ранее закрытая, начинает разговаривать с обществом, причём на языке, понятном обществу, и в первую очередь молодому поколению, которое является не определившимся».

Атомная энергетика сегодня вновь находится на мировом подъёме. По оценкам экспертов, за следующие десять лет в мире будет построено более сотни новых реакторов. Запасы угля, нефти и природного газа ограничены. Ядерного же топлива может хватить на много тысяч лет. «Атомная пауза» на планете сменилась «атомным ренессансом». И совместная нота Беларуси и «Росатома» в этом ренессансе звучит весьма уверенно.

 

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram