Сотни фамилий и родственники по всей Европе

Сотни фамилий и родственники по всей Европе
Пенсионерка из Лидского района самостоятельно составила родословную своей семьи.
 
Пенсионерка Лилия Рыжкевич из деревни Феликсово Лидского района не просто знает, как звали бабушек и дедушек. Сегодня она поимённо может назвать всю свою родословную по маминой линии до 8 колена. А началось всё 3 года назад. Лилия Сергеевна помогала наводить порядок в деревенской церкви. Во время уборки женщина поднялась на колокольню.
 
Лилия Рыжкевич, жительница деревни Феликсово (Лидский р-н): «Там столько книг. Я одну пролистала, меня это заинтересовало. Брала из исповедальных книг, из брачных. Заинтересовалась».
 
Просматривая записи в книгах, пенсионерка нашла знакомые фамилии. Среди родственников был и дьякон. Он служил в церкви в Мурованке. С того самого дня Лилия Сергеевна решила разобраться, кто кому и кем приходится. Данные из церковных книг, расспросы родственников. Да ещё оказалось, что двоюродный племянник Лилии Рыжкевич в Москве тоже составляет родословную семьи. И вот, объединив все данные, получилось семейное древо – холст три метра на метр. Здесь 8 поколений и более ста фамилий. Оказалось, у всех родственников есть и общие черты, и общие интересы: все разбираются в музыке, играют на музыкальных инструментах, все женщины – рукодельницы. В семьях часто рождаются двойни.
 
Но всё-таки началом отсчёта для своей семьи сама Лилия Рыжкевич считает бабушку и дедушку по отцовской линии. В 1917 году они вернулись на родину из Брянска с одной иконой в руках.
 
Лилия Рыжкевич, жительница деревни Феликсово (Лидский р-н): «Вот, бабушка с дедушкой приехали из Брянска с иконой. Что они могли? Революция. Икона, и там родился отец. С ребенком на руках приехали».
 
Линия отца для пенсионерки пока не разгадана. Он был художником-самоучкой, окончил музыкальное училище в Вильнюсе. Хорошо говорил на русском, белорусском, польском и немецком. Во время войны был старостой деревни. Многих своих односельчан спас от угона в Германию. В 1947 году его репрессировали. Но многие данные, включая тюремные фотографии, где отец в костюме, заставляют пенсионерку сомневаться в тюремном сроке и надеяться, что отец не был расстрелян. Последнее, что сохранилось от него, ‑ это его письмо.
 
Сейчас Лилия Рыжкевич готовит документы для программы «Жди меня», не оставляя надежды на то, что семейная родословная будет восстановлена полностью.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram