Верю – не верю!

Новый сезон, который именно в эти дни открывает театр за театром, приятно волнует зрителей. Но не театральные труппы. Ведь многим из них вот уже который год приходится выступать на чужих подмостках.

И даже международному проекту «Теарт» площадок не хватает. Когда же изменится ситуация?

О чём говорят и мужчины, и женщины: в сезоне осень 2014/лето 2015 немало премьер. Правда, пока не все дома. А ведь год назад в Беларуси официально завершена десятилетняя общенациональная Программа реконструкции 27 гостеатров. Точнее, осталось «не верю!» по пунктам 4, 15, 20. С него-то и начнём.

Виктор Старовойтов, директор Белорусского молодёжного театра: «На логотипе здесь уже новое здание. На сайте старое, да! То здание тоже будет реконструироваться. Вы же знаете, что у нас две труппы – драматическая и балетная. 4 октября мы открываем 30 юбилейный сезон в этом здании».

Даже в главном драмтеатре страны – возрождённом Купаловском – сегодня завидуют минскому Молодёжному. Мол, уходили с одной, а получили сразу две сцены. Только, путь к другой занял пятилетку. Родная же вовсе до сих пор в лесах. Что интересно: в Паспорте объекта указана лишь дата старта работ – июнь 2009. Когда будет финиш, неизвестно.

Виталина Рудикова, начальник управления культуры Мингорисполкома: «Вносились изменения в проектную документацию, и возникли некоторые моменты там по строительным объёмам».

Эти «некоторые моменты» стали барьером для двух из пяти театров, которые сегодня числятся на балансе столицы. И хотя свежие тумбы с афишами уже по старому адресу ТЮЗа, не пропустите: «…на сцэне Дома літаратара», шестой сезон. Зря что ли Руссо определял период юности от 11 лет?

Андрей Королевич, актёр Белорусского театра юного зрителя: «Ко всему привыкаешь, в принципе. Хотелось бы спектакль “Мой бедный Марат” увидеть на той сцене».

Из-за чужих кулис выходит «Тэдзі». Это название премьеры в новом жанре «инсталляция киберпанк». В кулуарах в тот же час замечено: читают по ролям «Синюю птицу» Мориса Метерлинка. Пьеса с глубокой идеей автора «быть смелым, чтобы видеть скрытое». Этим думают открыться.

Виталина Рудикова, начальник управления культуры Мингорисполкома: «В ближайшее время ожидается поставка звукового, светового, технологического оборудования. Затем его наладка. И планируется, что к концу текущего календарного года ТЮЗ въедет в свой новый дом… Новый старый дом».

Кстати, здание 1956 года, памятник архитектуры, охраняется государством. Табличкой на фасаде нередко апеллируют, срывая нормативные сроки. А если модернизация с «нуля»? Что интересно: в хвосте Программы реконструкции оказались театры так называемого первого просмотра, с коих начитается любовь, скажем, к Большому.

Смотреть спектакль с 3 лет. То есть ещё годик – и строители подоспеют. Сдать новый дом для кукол в Бресте должны были в 2012 году. Но, как известно, «скоро только сказка сказывается». Готовность – 30%.

Сергей Панасюк, начальник управления культуры Брестского облисполкома: «Театр, я надеюсь, должен открыться в 2016 году. К этому мы прикладываем усилия. Дело в том, что финансирование театра идёт из областного бюджета. На реконструкцию выделено порядка 25 миллиардов».

Чиновники обещают труппе в финале почти что «молочные реки». Они «текут» в 3D-проекте. Да и зрительское «верю!» сегодня зиждется не только на старых нитях.

Михаил Шавель, директор Брестского театра кукол: «Чтобы удивлять, надо, во-первых, заложить технические возможности. А это свет, звук, механика сцены: верхняя, нижняя, боковая – что угодно».

Для наших театров по-прежнему важнее не где ты играешь, а что показываешь. Западные труппы, наоборот, завязаны на технический райдер. А потому отнюдь не с вешалки уже четвёртый год начинается TEART. Дирекции Международного форума не хватает не просто метров.

Анжелика Крашевская, директор Центра визуальных и исполнительских искусств: «К сожалению, у нас нет просто пространства, где можно моделировать либо конструировать сцену под конкретный спектакль. Эта проблема, наверное, будет существовать, пока не появится какая-нибудь альтернативная площадка».

Не просто со своей «Чайкой», пусть и в постановке культового Оскара Коршюноваса, вклиниться в уже сверстанный репертуар того же кукольного. Договариваться нужно минимум за год.

Александр Васильев, театральный художник (Россия): «В моде всё время всё перенести в какую-то современную или иную реальность. Сейчас даже Чехова хотят в джинсах сыграть. А уж про Шекспира я вообще не говорю. В Москве есть театры, которые переполнены всегда. Театр «Современник» считается очень популярным. А есть такие, которые полупустые. То есть зависит очень многое от режиссуры».

Васильева пригласили в Большой одеть премьеру 82 сезона – драмбалет «Лауренсия». Впрочем, звать к нам из-за бугра стало уже тенденцией. Особенно, когда театр долго вёл кочевой образ. Вернёмся в Молодёжный. Там, после громкого ухода Модеста Абрамова, вакантным остаётся пост главного режиссёра.

Евгений Ивкович, актёр Белорусского молодёжного театра: «Наши скитания, так называемые, по разным площадкам, я думаю, что всех это больше сплотило. И действительно, выработалось какое-то желание естественно создать какую-то новую волну. У нас несколько приглашённых режиссёров с разной стилистикой… Это мы готовимся к открытию!»

Пока на основной ещё хозяйничают строители, на дублетной репсцене ставят «Бесприданницу». Остаётся «верить!», что следом за Молодёжным начнётся процесс в единственном белорусском ТЮЗе, далее «своё» получат брестские куклы. Ещё древние греки вложили в слово «театр» божественное «тео» и при строительстве отдавали им такой же приоритет, как и храмам.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram