В понедельник открылась выставка World Food Moscow, то есть «Мировые продукты в Москве». Название, безусловно, громкое, да вот только из-за продовольственного эмбарго участвовать в этом форуме не смогли многие мировые производители.

Собственно, для организаторов в этом не было никакого открытия. Наоборот, выставка продемонстрировала альтернативные пути насыщения российских прилавков.

Слово «санкции» и все производные от него сейчас в России склоняют, спрягают и даже кладут на музыку. Контрпродуктовый ответ Европе страна восприняла, как и большинство последних решений Кремля: «аскетично» теперь значит «патриотично». В Интернете флэш-мобы против заграничной еды, в магазинах не обслуживают Обаму, а на выставках продуктов резкая смена запахов. Пряные азиатские, сладкие индийские, острые латиноамериканские. Старый Свет представляют лишь те счастливчики, которые производят алкоголь и фасуют кофе: единичная европейская продукция, которая осталась въездной в Россию. Ритейлеры свои продовольственные корзины теперь собирают на других континентах. И первый пункт здесь мясо.

Трудности перевода шеф-повара Гярсона Собрини для российских ритейлеров ничто по сравнению с трудностями перевозки мяса, которое он готовит. Дорога на прилавки для свинины и говядины, а в год России нужно в среднем по 60 килограммов на каждого жителя страны, в связи с санкциями стала долгой и дорогой. Европейский хамон и пармскую ветчину должны заменить стейки из Бразилии и Аргентины. 11 тысяч километров, которые теперь придётся преодолевать латиноамериканским отбивным, уже аукнулись подорожанием. Если сразу после введения санкций это мясо подорожало всего на 2%, то сейчас рост – почти в 30%.

Павел Грудинин, зампредседателя Комитета по развитию агрокомплекса Торгово-промышленной палаты России: «Цены будут расти в любом случае. Вы понимаете, что на валютном рынке происходят определённые изменения, рубль ослабляется, поэтому весь импорт будет дорожать по определению, неважно, откуда его привезут – из Аргентины или Нидерландов, не важно».

Алексей Поперный, ресторатор: «Мы можем говорить определённо: цены вырастут, какие-то продукты исчезнут. И то и другое очень тяжело, и того и другого могло бы не быть. Они всё равно бы росли, но не так. Ну что? Ну, поздравляю всех! Нам теперь нужно покупать дороже продукты, дороже их продавать. У людей нет денег, чтобы это покупать. Постараемся выжить изо всех сил, где наша не пропадала».

А не пропала бы она там, где транспортные расходы в себестоимости товара минимальны. Сама Россия собственными силами намерена закрыть больше половины от всех потребностей, например, в регионах. Но если жители российской глубинки не против покупать замороженное мясо, то в городах-миллионниках стало нормой наличие мяса охлаждённого. Такое из Бразилии не привезти.

В этом сегменте у российских логистов главная надежда на Беларусь. Качество сырья часто на порядок выше европейского. Кроме того, наши производители одни из немногих, кто не стал спекулятивно поднимать цены. Напротив, они готовы вкладывать свои средства. Например, в перевооружение и расширение производства. Оптовики и частные дилеры уже увеличили объём заключаемых контрактов с белорусами в среднем в два раза. А вот сетевые магазины пока парадный вход открывать не готовы. Чтобы попасть на полки региональных и федеральных гипермаркетов, всем поставщикам, вопреки закону, так и выставляют счёт: от 1 до 25 миллионов российских рублей. И это за каждую товарную позицию. Платить такие деньги белорусские производители не могут.

Елена Курмаз, начальник отдела маркетинга Бобруйского мясокомбината: «Существуют определённые условия, которые оговорены в контрактах с сетями, и белорусские производители сегодня не готовы оплачивать штрафные санкции либо входные бонусы, в соответствии с этим ведутся переговоры, и я думаю, что мы договоримся».

На белорусскую сторону в этом переговорном процессе встала даже и российская Ассоциация производителей и поставщиков продовольственных товаров. Она предлагает сетевикам зарабатывать не на продаже полок, а на объёмах продаваемой продукции. Наибольший эффект отмена бонусов может оказать на поставщиков «молочки». Из Беларуси в Россию уже в прошлом году экспортировали продукции больше чем на два миллиарда долларов. Но пока удалось договориться только об «особых условиях» для товаров с небольшим сроком годности.

Дмитрий Востриков, директор по развитию Ассоциации «Руспродсоюз»: «У нас есть категория продукции, например, это “ультра фреш”, по которым есть либо минимальные маркетинговые платежи, либо они и вовсе отсутствуют. По этим группам, я думаю, белорусским поставщикам предоставят аналогичные условия».

Течение молочных рек в условиях санкций сейчас существенно подтачивает сырные берега. Пока шеф-повара в специализированных итальянских ресторанах и пиццериях дорезают остатки пармезана и заменяют маскарпоне перепелиными яйцами, рестораторы меняют подпорченное запретами меню.

Екатерина Блохинова, директор ресторана: «Рестораны, которые специализируются на испанской кухне, на итальянской, пострадают больше всего. Это действительно катастрофа местного масштаба. Будут менять концепцию, будут менять предпочтения в меню».

А всё из-за пармезана. В Москве он становится едва ли не контрабандным продуктом. Нелегальные поставщики готовы привозить сыр якобы из Беларуси, просто заклеив лейбл производителя. Причём прокалываются на знаменитом русском всезнайстве: в графе производитель белорусы уж никак не напишут «Белоруссия»…. А только – «Республика Беларусь». Да и слов «пармезан» или «рокфор» там быть не может: вот «Мезан-люкс» или «Рокфорти» – запатентованные белорусские сорта. А ещё и «Моцарела для пиццы» и «Рикотта». Секретов северных итальянских провинций, признаются российские молочники, сами они до сих пор раскрыть не пытались. Поэтому надежда – на Беларусь. И уж потом – на себя.

Марина Старовойтова, генеральный директор молочного комбината (Россия): «Ну, пармезан, да, достаточно сложное производство, определённых навыков требует, но тогда, когда не окажется его на прилавках, естественно, что и российские производители, и белорусские, они смогут подстроится под рынок и под спрос».

А подстраиваться придётся, потому что если не они, то это сделают китайцы.

Вообще, в списке продуктов, которые попали под санкции, минимум того, чего не готовы взамен предложить китайцы. Они уже открыли на границе с Россией торгово-логистический центр площадью в 70 тысяч квадратных метров. Подмоченная репутация китайских товаров, утверждают производители Поднебесной, всё это в прошлом.

Вонг Цзьюнь Цин, менеджер продовольственной компании (Китай): «Все люди думают, что китайские продукты опасны, не так вкусны и качество не такое хорошее, но сейчас во всём мире известно, что китайские продукты вкусные, безопасные и качество улучшается. На выставке много китайских участников и на территории России тоже много китайских продуктов».

Кроме фруктов, овощей, круп сейчас Китаю открыли дорогу и для готовой продукции. Колбасы, сыры, кроличье мясо и даже яйца «made in China» на российские прилавки попали буквально на следующий день после введения санкций. О скандалах с пестицидами, которые то и дело обнаруживал Роспотребнадзор в продуктах из Азии, сейчас не вспоминают. Исключение разве что рыба. Рестораторы, опасаясь генно-модифицированного содержимого, предпочитают её не покупать.

Вместо чёрной трески из Прибалтики, сёмги и форели из Норвегии – мерлан, пажо и устрицы из Марокко.

Атлас Сифуд, генеральный директор Ассоциации рыболовов Королевства Марокко: «У нас достаточно продукции, чтобы заменить всю норвежскую рыбу, которая поступала в Россию».

Вопрос только в цене. Разница между спросом и предложением мгновенно вылилась в пятикратное её увеличение в большинстве регионов страны. Обоснования такому положению дел уже потребовала федеральная антимонопольная служба. Но на безрыбье формирование ценника остаётся за марокканцами.

Елена Саркисова, представитель рыболовной компании (Марокко): «По прайсу – да, она дороже, но она дороже не потому, что цена сама по себе выдумана, просто в процессе доставки этого товара самолётом в Москву, в Россию, с учётом всех оформительных документов, цена получается такой».

Переработкой запрещенного в России норвежского лосося, кстати, может заняться и Беларусь – прежде всего компания «Санта Бремор». И приобретённое ею в прошлом году за 52 миллиона долларов российское предприятие «Русское море». На эти компании очень рассчитывают: не нарушая санкционных запретов, можно сохранить для потребителя среднего достатка хотя бы «рыбный четверг». Однако, судя по количеству поддержавших санкции (а это, по опросам, 84% населения), россияне готовы сейчас отказаться и от этого.

Игорь Бухаров, президент Федерации рестораторов и отельеров России: «Мы ХХ век все голодали, те люди, у которых есть деньги, которые могли платить, они сегодня питаются, как бедные, чтобы быть здоровыми».

В любом случае, по оценкам экономистов, чтобы выстроить новые торговые связи, россиянам понадобится около двух-трёх месяцев. Такой срок ритейлерам отвело и правительство: чтобы обновить полки и заключить новые контракты. После этого обещаны проверки и штрафы за недобор в ассортименте для так называемой типовой продуктовой корзины. И без Беларуси, это уже совершенно понятно, её вряд ли заполнят. Главное, чтобы заполняли готовой продукцией, а не просто сырьём. Ну а пока...

Прощай, камамбер, прощай, дижонская горчица, прощайте, анчоусы! Рецептура российских санкций, как показал первый месяц, вряд ли будет единственно возможной для граждан страны меньше отведённого срока. Любителям продукции премиум-класса остаётся изучать географию и отправляться за заморскими гастрономическими сувенирами самостоятельно. В любую страну мира. Мир ведь пока остаётся открытым.

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram