Белорусы преуспели в оперировании сложных случаев: за помощью к нашим офтальмологам едут пациенты из Африки и Азии

На треть в этом году выросло количество пациентов у белорусских офтальмологов. Темпы работы обсуждают на международной конференции в Минске.

С белорусскими врачами опытом делятся специалисты из стран Ближнего Востока, Америки, Германии, России. Говорят о реконструктивной хирургии – белорусы за несколько лет преуспели в оперировании именно сложных случаев.

25-летнюю Альделими прооперировали неделю назад. Пока прогноз благоприятный, но не окончательный – слишком тяжёлый случай. В 14 лет девочка получила травму, которая дала осложнения. За десять лет её несколько раз оперировали сначала дома в Ливии, потом – в соседнем Тунисе, потом – в Европе.

Альделими Нисрим, пациентка: «О Беларуси я узнала от своего врача, потому что в какой-то момент стало ясно, что никто за меня не возьмётся. Я поняла, что просто потеряю глаз. Это была бы трагедия для меня как для девушки. Сейчас вроде бы всё после операции идёт хорошо».

Альделими постоянно сопровождает старший брат – в работе с пациентами из стран Ближнего Востока есть своя специфика. Врачи подстраиваются – экспорт услуг быстро растёт: если первый поток был из Украины и России, то сейчас едут из Африки и Азии.

Немалую роль здесь играет белорусский закон о трансплантации. Он такой же, как, к примеру, в Австрии, Германии и Италии. Действует презумпция согласия – значит, любой белорус может стать донором, если только не написал официальный отказ. Заниматься пересадками могут исключительно государственные клиники. По сути, это останавливает Россию и Украину – на разрешении трансплантации будут настаивать частные больницы, что может привести к развитию чёрного рынка органов. Поэтому операции в Беларуси очень часто для наших соседей – единственный возможный выход.

Татьяна Имшенецкая, доктор медицинских наук, профессор: «Мы очень часто становимся истиной в последней инстанции. Консультируются по миру – оперируются у нас. Тем более что вот сейчас мы уже начали выполнять трансплантации фемтосекундным лазером, чем не может похвастаться ни одна постсоветская республика».

Самые сложные случаи в эти дни обсуждают с зарубежными коллегами. Доклады и практические семинары с поправкой на специфику работы в стране. Египетские офтальмологи, к примеру, привезли методики сохранения зрения после пулевых ранений.

Махмуд Солиман, хирург-офтальмолог, Египет: «Мы оперируем очень много осколочных ранений глаз из-за стрельбы и взрывов. Уличные беспорядки наводняют наши клиники такими пациентами. У нас есть уникальные наработки, и мы готовы ими поделится».

За год в Республиканском офтальмологическом центре проходит порядка тридцати тысяч пациентов. Плановые операции и экстренные вмешательства – специалисты уже перестали удивляться дверной ручке в глазу или примёрзшей от ветра и мороза линзе, но всё-таки лидирует в списке причин травм домашний ремонт.

Из глаза этого пациента (как оказалось, он сам общий хирург) достали внушительный осколок металла – штробил стену без защитных очков. Спасали глаз медику сразу несколько хирургов-офтальмологов.

Илья Климович, общий хирург Бобруйской областной больницы: «Сейчас уже адаптировался, надеваю линзу и работаю».

На такой же исход надеются и в случае Альделими – сегодня эта самый сложный пациент Республиканского офтальмологического центра. И через пару месяцев станет понятно – сможет ли этот случай стать новым показательным эпизодом в работе белорусских специалистов.


Подробности – в видеосюжете нашего корреспондента

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram