Стоит отметить, что за последние несколько недель калийного противостояния свою оценку ситуации действительно дали многие экономические эксперты и финансовые аналитики. И подавляющее большинство поддерживает белорусскую позицию.

Мы же решили предоставить возможность высказать свое мнение тем, кого этот конфликт коснулся непосредственно. Эти люди не в силах повлиять на ситуацию на калийном рынке или на его игроков. Они вносят свой посильный вклад в развитие «Беларуськалия» и, как никто другой, переживают за будущее своего предприятия.

Утро туманное спустилось на солигорскую землю, но, несмотря на раннее время, солигорчане собираются на работу, 20 тысяч человек поедут работать на «Беларуськалий», а некоторые спустятся в шахту.

Юрий Корзун – один из тех людей, которых называют шахтёрами и которые видят пресловутую соль земли первыми на глубине в полтысячи метров. Мы решили провести один день с семьёй горняка, чтобы глубже узнать, как живут шахтёры.

Его семья – это жена Екатерина и 9-летняя дочь Варвара. Мы едем домой к Корзунам, где мама (Екатерина тоже работает на «Беларуськалие») собирает дочку в школу. По дороге говорим о доме, который семья строит сама.

Корзуны живут в деревне, в 2-х километрах от Солигорска. Дом начали строить 7 лет назад, и с каждым месяцем и годом семья отделывает комнату за комнатой.

Дом в два этажа. На первом – кухня, гостиная. На втором – детская комната для Вари, над своей спальней Юрий и Катя пока только «колдуют».

Но начиналось всё не так радужно. Поженились, снимали жильё у чужих людей, пока однажды на семейном совете не решили – всё, нужен свой угол.

Гордость гостиной – камин. Его Юрий сделал своими руками. Как, впрочем, и практически всё в доме. Но время торопит. Варваре нужно в школу, а родителям – на работу.

К девяти часам супруги у проходной первого рудоуправления «Беларуськалия». Екатерина займётся бумажной работой – она ведает кадрами, а Юрий спустится под землю – добывать калий.

Мы не могли отказаться от предложения спуститься в шахту – когда ещё увидишь всё своими глазами. Правда, перед спуском в забой нужно основательно подготовиться. Сначала шахтёры переодеваются в спецодежду. Причём меняют абсолютно всё – вплоть до нижнего белья. Затем получают жетон, фонарь и «самоспасатель» – в этом термосе запас воздуха на несколько часов. Работа под землёй – одна из самых опасных, поэтому есть свои приметы. Шахтёры никогда не говорят слово «последний», а первый тост на праздниках всегда таков: «Чтобы количество спусков равнялось количеству подъёмов».

За минуту до спуска шахтёры разговаривают, обсуждают футбол, урожай картошки и своего коллегу Фёдоровича, который в прошлую смену выдал на-гора невиданный объём руды. В тесную камеру вмещается 28 человек – этот лифт и спустит нас на глубину в полтысячи метров. За две минуты.

Внизу уже ждут машины – они развозят шахтёров по разным горным участкам. Юрий сегодня будет добывать пищевую соль.

Здесь любят рассказывать историю о французском шахтёре, который всю жизнь работал в угольном забое. Уважая труд, один из королей Людовиков решил его отблагодарить и пригласил жить во дворце. Шахтёра всячески обласкали, кормили сплошь деликатесами и устроили полный отдых. Но спустя месяц горняк внезапно скончался. Доктора сказали – жизнь ему продлевала шахта, а излишества погубили. Впрочем, возможно, это просто легенда. Тем временем мощный комбайн рубит и шлифует стены горизонта. Соль отгружается, и её по стволу поднимут наверх. Там, на фабрике, обработают, и продукт готов. Но именно здесь, на глубине, – самое сердце всего белорусского калия.

Пока папа в шахте, у Вари – третий урок. Девочка постигает азы французского языка. Старается. А Екатерина приводит в порядок отчётность – заканчивается очередной квартал. Кстати, с мужем, она и познакомилась именно в здесь, в кабинете.

Екатерина: «Юра пришёл оформлять отпуск, он ехал отдыхать. Мы познакомились здесь, на фабрике».

Глава семьи уже прошёл 20 метров вглубь, остаётся ещё пять, и наряд можно закрывать. Очень интересны и красивы потолки шахты – они сводчатые, напоминают арки. Но это не для того, чтобы радовать глаз. Эти своды нужны, чтобы равномерно распределить нагрузку и не допустить обвала. Пришла очередная партия добытой соли, которой начальник смены привычно вынес вердикт: «Настоящий природный продукт! Натурпродукт! Покупайте белорусское!»

Семь часов – смена закончилась. Вообще на шахте идёт беспрерывная работа и добыча. Горняки не жалуются – привыкли. Правда, организму, пусть и опытному, привыкнуть к такому рваному темпу работы тяжело.

Поэтому у горняков есть 67 дней отпуска, обязательное лечение в санатории, досрочная пенсия. Но завидовать не стоит – труд в шахте очень тяжёлый. Хуже всего зимой: идёшь на работу – темно. В шахте – искусственное освещение, поднимаешься на землю – снова темно.

О фантастических заработках шахтёров ходят легенды. Да, зарплата здесь выше средней зарплаты по стране, но ведь и труд не из лёгких.

Он не жалуется на жизнь – готов работать, чтобы обеспечивать семью, которая поддерживает его. Смена закончена, проходная – и супруги вновь вместе. Они едут к маме Кати – бабушка забрала Варю после школы и готовит любимой внучке фирменное блюдо.

В Солигорске немного семей, которые вообще не связаны с «Беларуськалием». В основном, все так или иначе имеют отношение к шахтам. Мария Захаровна, например, всю жизнь работала поваром, кормила горняков.

Она очень довольна зятем, любит его и очень надеется, что внуков будет ещё больше. Молодые пока не торопятся, но задумываются. После сытного угощения бабушка садится за вязание, Варя – за учебники.

Следующая остановка – музыкальная школа. Здесь Варя музицирует. Под пристальным взглядом Шопена.

Кстати, Юрий тоже человек творческий: сочиняет песни, регулярно участвует в бардовских фестивалях и каждый год на День шахтёра исполняет гимн «Беларуськалия». Варя – в папу, способная. Пока дочка играет, родители успевают пройтись по магазинам, а после уроков – немного отдохнуть в парке. А заодно и поговорить. Просто, за жизнь. Философия Корзунов и их взгляд на жизнь оказались простыми. Это счастье – быть довольным малым, постепенно приумножая то, что есть.

Садится солнце в Солигорске – и мы возвращаемся в дом. Пока Катя собирает ужин, Юра занят ремонтом, а Варя гоняет породистую кошку по дому. Завтра у них будет новый день, может, такой же обычный, как и сегодня. Может, другой. Но Корзуны готовы ко всему. Верят друг в друга, поддерживают, и каждый уверен в надёжности. Они говорят, что здесь, на земле, должны быть точно такие же прочные и надёжные отношения, как и в шахте. Иначе просто нельзя.


Подробности – в видеосюжете нашего корреспондента

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram