Общенациональное телевидение

«Храмы – не политические трибуны!» Федор Повный о событиях 2020, предателях и амнистии протестующих

Читать на сайте ont.by

Проповедь или пропаганда? Имеет ли право священник обсуждать острые вопросы общества и резонансные события в храме? Кто накажет предателей страны и что нужно сделать, чтобы жизнь не стала яблоком раздора? Гость программы «Марков. Ничего личного» настоятель прихода Храма-памятника в честь Всех Святых Федор Повный – о событиях и уроках августа 2020-го, «добре» и «зле», предателях страны, месте политики в храмах и амнистии участников протестов.

- Марат Марков: Отец Федор, добрый вечер.

- Федор Повный: Добрый и вам!

- Марат Марков: «Большой разговор» у Президента подвел своеобразный мирской итог прошедшего года после событий 9 августа. Мы с вами общались буквально накануне выборов, и я сейчас хотел бы на прошедшее посмотреть и под другим углом, если вы не против.

- Федор Повный: Не возражаю. Но, если вы позволите, уважаемый Марат Сергеевич. Я действительно рад снова быть у вас в студии. Давайте представим, что телекамер нет, а я просто у вас в гостях. И в нашем общении я не высказываю мнение от имени Православной церкви, потому что не уполномочен, хотя благословение на встречу получил. Не проповедую, потому что не на амвоне. А лишь высказываю свою точку зрения. Принимается?

- Марат Марков: Принимается. Тогда краткий экскурс в историю. 1996 год. Круг над котлованом будущей церкви, митрополит Филарет, Александр Лукашенко и вы закладываете памятную капсулу. Вместе с ней, так можно сказать, и фундамент новой белорусской государственности. Тогда с трудом верилось, что что-то будет построено. В прошедшем году, после нашего интервью, легко ли вам было принять то, что все это мы могли потерять?

- Федор Повный: Вот мысль: что мы можем потерять? Эта мысль мобилизовала духовные силы верующих. И, конечно, меня. И напомнила, что истинный управитель мира – Господь. Не надо забывать, что суды его страшны, а милость его велика. Больше всего ужасали перспектива раскола общества и хаос. Не хотелось наступить на те же, образно говоря, грабли, повторить путь ВКЛ, Волынско-Галицкого княжества, когда-то уже искавших дружбы с Западом. Не хотелось, чтобы вновь пропасть разделяла правящую элиту и народ, чтобы общество раскололось не только по сословному признаку, что само по себе естественно, но и по мировоззренческому. Тогда бы угнетенный не мог найти защиты ни дома, ни у сильнейших соседей, ни у друзей, ни у врагов. Тогда сама церковь превратилась бы в игрока бесконечной шахматной партии между Западом и Востоком, потеряв из вида свою истинную цель – богообщение, хранение истины, пребывание в святости. Нас бы это все ожидало. Мне могут сказать, что я надумываю. Но нет. Посмотрите, как обстоят дела у соседей по карте, снизу. Но если тогда Христос был нужен всем, то сейчас тому, кто пытается манипулировать миром, он мешает. Мне хочется сказать, что ни Статут, ни первая Конституция, ни что-либо самое прогрессивное в исторической перспективе не столь ценно, как сохранение идентичности, то есть по сути самого народа. Мне думается, что, когда нация ощущает свой особый дух, свое служение Богу и правде, тогда она свободна. Как человека поднимает над жизненными обстоятельствами духовная стойкость и воля, так и нацию – внутреннее устроение и целеполагание. Сегодня нужно благодарить Бога, что позиция Главы нашего государства такая прямая и открытая и показывает его главную заботу о народе. Но не абстрактную, а действенную и решительную. Это ценно, и нужно ценить такое отношение и беречь его.

- Марат Марков: Когда мы с вами беседовали в прошлый раз, это был конец июля, уже были звоночки того, что Беларусь окажется перед лицом действительно страшных испытаний. Эти мирные протесты, «невероятные», желание разделить общество, о чем вы говорите, и повести брата на брата. Я знаю, насколько Церковь ценит терпимость, принятие и прощение. Но скажу как мирской человек: это очень сложно. А ваше отношение к событиям августа 2020-го и последующим событиям с точки зрения священнослужители и с точки зрения гражданина?

- Федор Повный: Для меня уже тогда бил набат. Иначе бы я не пошел на то интервью к вам. Мое отношение и как священника, и как гражданина одно. И выражается оно двумя словами: слава Богу! Хвала Господу, что людей, которые сердцем знают правду, оказалось больше. Слава Богу, что настоящих патриотов, благодарных граждан, думающих о стране, было большинство. Слава Богу, что тот, кто должен был сохранить верность, – остался верным, выполнить свой долг, – выстоял. Слава Богу, что верующие встали на усиленную молитву, кто-то впервые открыл Псалтирь. Тогда, в августе [2020-го] шла борьба не людей с людьми, не брата с братом, но дух восстал на дух. Я не могу вполне сказать, что зло на добро посягнуло. Это слишком пафосно и категорично. Но это было противостояние исконного бытия зову страстной плоти, чрева – земли. Поэтому первым явным знаком того, что Господь услышал молитвы людей, увидел их готовность стоять за правду, было назначение в День Минской иконы Божией Матери митрополита Вениамина на кафедру Патриаршего экзарха. Вот и не верь присловью, что какова вера в народе, такого и архипастыря он заслуживает. А по поводу прощения и принятия – очень важны моменты для того, чтобы выйти из конфликта и когда-то вновь обрести единство. Защитить ближнего и Отечество от врага – долг. Не хочу говорить, что священный, но где-то очень рядом с этим определением. Простить своего обидчика – обязанность каждого человека, но она из сферы уже личной духовной жизни. Не простив, человек замыкает порочный круг зла и бесконечно носится внутри его, не понимая, что грех-то уже стал общий, ведь в одном контуре находятся и обидчики, и обиженные. И обычно виноваты оба. Простить – это значит продолжить свой путь правды, отдав суд Богу и законному правосудию без жажды расправы и мести, с пониманием, что каждый имеет свой грех. Так пусть Бог и решает, что кому. А нам нужно идти вперед и вперед. Простить – это значит принять волю Бога, значит, так нужно было. По крайней мере, любой конфликт вскрывает то, что было спрятано под спудом. И поверьте, каждый внутри себя догадывается, за что он получает это вразумление.

- Марат Марков: Ох, как сложно, правда, сложно. Пропускаю это через себя. Невыносимо сложно, это правда. Но раз уже затронули эту тему, я не могу не спросить о спекуляциях на теме «добра» и «зла», «светлых» и «темных». То, что нам навязывали: «невероятных» и «обычных». Есть ли четкая градация в Писании, что есть «добро» и что есть «зло»?

- Федор Повный: Если кратко, как для детей, то «добро» – сам Господь. Он есть абсолютное совершенство и любовь. Поэтому хорошо то, что с Богом и ради Господа. Соответственно, «зло» – отсутствие добра. Со «злом» отождествляется Дьявол – отец лжи и человекоубийца. В Евангелии добродетелью названы исполнение заповедей и слово Божье. Но только чистые сердцем Бога увидят. Поэтому «добро» и «зло» отличить может только человек, живущий в покаянии. А «мирные» протесты, светлые лица, «невероятность» – красивая ширма большой лжи, в сети которой попали некоторые наши граждане, в основном молодые, романтичные. Я не имею в виду тех, для которых протест – это заработок. Простите, но скажу неприятную для многих истину: в подобную ловушку, как правило, легко уловить того, кто видит только себя правым. Тогда да, порок кажется добродетелью, черное – белым, фашизм – патриотизмом. И это все становится позицией, а точнее позой. И если провести аналогию, то в духовной жизни есть понятие «прелесть». Это усвоение человеком лжи, принятой им за истину, повреждение человеческой природы ложью, так определил ее, это состояние «прелести», Игнатий Брянчанинов. И добавил, что мы все в той или иной степени больны этим. В таком состоянии человек думает, что уже достиг святости и имеет право всех учить, ревновать о Боге. Но, по свидетельству святых отцов, это самое тяжкое помрачение. Потому что таков слеп и глуп даже к Евангелию. То же самое с «невероятностью». В любом случае, это путь к погибели во всех смыслах. Лучше быть самым обычным человеком.

- Марат Марков: Тогда еще об одном помрачении. Страшные люди – предатели. Согласитесь, предатели своей страны и своего народа – это самое страшное. Если будет возможность обратиться к ним лично, что сказали бы вы? Может быть, у вас есть слова, которые они услышат?

- Федор Повный: Предательство считалось величайшим злом во все времена. И оно действительно страшно. Вспомните хотя бы тот факт, что в Беларуси были не только партизаны, но и прислужники оккупационного режима. Кстати, как в Первую, так и во Вторую мировые войны. Тот, кто продал совесть за хлеб и за жизнь, так и не получили ожидаемого. Но принесли страдания собственному народу, своим близким. Не думаю, что нужны обличения. У каждого есть совесть. Иуда не выдержал ее голоса и повесился. Апостол Петр, когда понял, что отрекся от Христа трижды, то оплакивал содеянное всю жизнь. Народ, предавший Христа, был лишен родины. Известно, что судьбы людей, предавших Николая II, ужасны, а последствия их дел погубили миллионы людей. И, наверное, не нужно многих слов, потому что предатели уже наказали сами себя и всех вокруг. И пожинают плоды своих дел, и мучает их не внешняя тюрьма, не поломанные судьбы, но внутренний ад души. Они заточили себя в рабство. И как долго будет длиться их мука, зависит от них самих. Выйти из этой тьмы можно только тогда, когда будет искоренена истинная причина предательства – та страсть, которая к этому подвигла. Ведь каждый из них задал вопрос Иуды: что мне дадите, если я вам предам его? Со своей стороны могу лишь пожелать людям, которые совершили ошибку, найти в себе силы ее признать.

- Марат Марков: Самое сложное – признать. Отец Федор, в продолжение. На «Большом разговоре» у Президента шла речь и об амнистии в отношении тех людей, которые после 9 августа стали на путь предательства своей страны. Амнистия, согласитесь, – это своего рода прощение. Но ведь прощение может быть и деятельным. На ваш взгляд, когда нужно прощать и всех ли?

- Федор Повный: Давайте вспомним евангельскую Голгофу. Два разбойника на крестах рядом с Сыном Божьим. Один его злословил, говоря: «Если ты Христос, спаси себя и нас». А второй упрекал его: «Или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? И мы осуждены справедливо, потому что достойно по делам нашим приняли, а он ничего худого не сделал». А затем обратился к самому Иисусу: «Помяни меня, Господи, когда придешь в Царствие твое». И услышал в ответ: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь в раю». Об этом говорится в Евангелии от Луки, в 23 главе. Вдумайтесь: помилован был тот, кто признал себя виновным, и принес покаяние, и попросил о милости. Но в некоторых случаях человеку лучше потрудиться над своей душой. Ведь и в церковной практике даже на покаявшихся иногда налагают епитимии – это такое духовное ежедневное молитвенное правило или какое-то упражнение духовное. Бывает, что и священник не всегда допускает к Святой чаше, если видит, что не полезно будет. Конечно, если это возможно и когда обвиняемые не несут угрозы для общества, лучше руководствоваться милостью в большей степени, чем буквой [закона]. Пусть Господь положит на душу тем, кто будет принимать решение о помиловании, верную мысль, а тем, кто будет помилован, – перемену мысли.

- Марат Марков: Красиво. Вы же знаете, «Бог прощал и нам велел». А вы можете дать совет людям с обеих сторон, как ни дать злу ожесточить сердца?

- Федор Повный: Какой из меня советчик? Но мне думается, что всегда нужно помнить, что мы живем в одном большом доме, имя которому – Беларусь. И переехать нам не куда. И что в ссоре можно его разрушить или, не дай бог, пожечь. А впереди осень и зима. И что перед Богом мы отвечаем за этот уголок земного шара, за ближнего своего и за свою душу. Нужно помнить, что мы смертны, жить нам не вечно. Кому-то – еще 50 лет, а кому-то – день-два. Надо чаще делать ревизию духовного багажа, с которым мы предстанем перед Богом, думать о вечности. Думается, что нам, людям, нужно вернуть в обиход правила хорошего тона, христианам – вспомнить, что они Христовы ученики. Это значит, понять, что Бог любит каждого человека, и каждый для него – алмаз, который в земной жизни проходит огранку. Мы порой друг для друга очень часто служим шлифовальной шкуркой. Поэтому молчим, терпим и любим, если это наши близкие люди. Убираем позирование, подбираем слова, если просто знакомые. Ходим чаще в храм, открываем молитвослов, молимся за Беларусь.

- Марат Марков: Очень надеюсь, что те, кто забыл, что Беларусь их дом и уехал, они услышат вас. Верующие могут размышлять, что эти события – это кара Господня, что Бог дает нам испытания во имя чего-то. Например, очищение от грехов гордыни или алчности. Наверняка, вам задают эти вопросы прихожане. Почему случилось то, что случилось? И уроки августа – для кого они?

- Федор Повный: Абсолютно для всех. Хочу ответить на этот вопрос словами митрополита Антония Суражского. Часто вспоминаю их. Вот как он говорил: «И каждый из нас несет ответственность за все страшное, что происходит вокруг нас. Никто пусть не говорит: я жертва, я чист, я подвергся страданию, меня сломили события. Христианина не может сломить ничто. Христианин никогда не бывает просто игрушкой окружающих событий – мертвой, бездушной. В нас живет сила Господня, и если мы этой силой не творим на земле правды Божьей, мы делаемся подобны той соли, о которой Христос сказал, что если она потеряет соленость, то ни на что больше не пригодна, только выкинуть ее на попрание псам. И таковыми мы очень часто бываем». Слова митрополита Антония Суражского, величайшего архипастыря современности, нашего современника. Вот нам нужно было почувствовать силу Господню. Нам нужно было встрепенуться духовно и понять, что себя и свою страну нужно защищать и защищать жизнью, конкретными делами, твердой позицией, верностью. Нужно было прозреть и многое увидеть, многое понять про себя и про мир вокруг. Посмотрите, сегодня ведь открылись истинные мотивы, обнажилась вся ложь, лицемерие и предательство. Но стали видны ошибки, появились определенные маркеры. И, главное, каждый сделал свой выбор. И я сейчас не о выборе стороны, а о самоопределении, какого ты духа.

- Марат Марков: Отец Федор, согласитесь, сегодня по-особенному звучит тема и исторической памяти. О ней много говорили в этом году. Указ Президента о недопущении реабилитации нацизма, Храм-памятник, его крипта и музей – они тоже в этом процессе. 30 лет Всехсвятскому приходу. Мы ведь часто говорим о первой части названия этого храма и упускаем вторую. А тем не менее он называется Минский храм-памятник во имя Всех святых и в память о жертвах, спасению Отечества нашего послуживших. И он ровесник белорусского государства, по сути. Вы не находите, что это очень символично сейчас?

- Федор Повный: Вы правильно заметили, Марат Сергеевич, что закладной камень Храма-памятника в честь Всех святых и в память о жертвах, спасению Отечества нашего послуживших, был освещен за полгода независимой Республики Беларусь. Символичность Храм-памятник обрел позже, когда стало понятно, что у нации должны быть не только корни, но и духовный вектор. Поэтому он словно образует ось: земля – небо, историческая память – вечная память. А крипта, Музей памяти, главное храмовое пространства хранят историческую правду подобно живым свидетелям. Ведь заметьте, что активная фаза реабилитации нацизма началась, когда умерло большинство очевидцев. Они помнили дыхание ада, все ужасы, которые творили оккупанты и их пособники. Поэтому так важно, чтобы историческая память оставалась живой. В крипте собрана земля с мест, политых кровью, с могил, где покоятся замученные и убитые. В христианской традиции земля – овеществленный прах человека. Фактически, перед нами те же свидетели. И их нельзя назвать немыми, потому что они стучат в самое сердце. А Музей памяти говорит сухими историческими фактами, не многословными, но именно простые цифры потерь доходчивы. А главное храмовое пространство дает возможность вспомнить духовный подвиг белорусов. Понять духовный исток. И ходить перед лицом Бога живого. Крипта заполняет ниши не спеша, начиная с 2010 года, она постепенно собирает белорусов в одной точке памяти. Теперь здесь пульсируют наши кровотоки, с каждой новой заполненной нишей все больше становится ощущение, что мы отнюдь не маленький, мы героический и сильный народ, многомиллионный. Но в начале 90-х никто не мог предположить, что так будет. И знаете, что удивительно? Что долгое строительство храма и становление нашей нации шли параллельно, переплетаясь. В 2018 году освятили храм. В 2019 году сделали Музей памяти. В начале 2020 года в крипте заложили землю со всех белорусских воинских захоронений Великой Отечественной войны. И в этот же год наша нация прошла первую проверку на прочность. И сдала первый серьезный экзамен. Так что нас вымолили наши предки и наши святые. Вот и не верь, что есть духовный пласт жизни даже у народа и государства.

- Марат Марков: Давайте немного тогда про духовно-нравственное воспитание молодежи. Оно, согласитесь, увы, незаслуженно позабыто. И сегодня снова становится во главу угла. Мы даже здесь, в этой студии, посмотрели в учебники и ужаснулись тем провалам, которые были в отношении важных национальных моментов. Согласитесь, дать знания в научной плоскости – это еще не все. Храм всегда являлся оплотом нравственности и традиций. Будет ли церковь сейчас принимать большее участие в происходящих процессах? Не учить, а наставлять.

- Федор Повный: Ваш вопрос с подковыркой. Но радуюсь тому, что школы вновь будут воспитывать личность. Это один из усвоенных уроков августа 2020-го. На этом фоне государство оказало доверие Белорусской православной церкви, предложив содействовать в формировании высоких нравственных качеств и любви к отечеству у детей и молодежи. На мой взгляд, этот шаг логичен. Потому что мировоззрение формируется на тех ценностях, которые передаются от предков из поколения в поколение. Забыть о них – значит потерять себя как нацию, утратить идентичность. Кроме того, ни один из школьных предметов не рассматривает духовных законов бытия человека. А они так же важны, как и законы физические. Но здесь я много раз подчеркну и поставлю много восклицательных знаков перед тем, как скажу, что церковь не вмешивается в процесс образования, сохраняет принцип светскости школы, но предлагает ученикам ознакомиться с христианским наследием родины, посмотреть на историю и культуру белорусского народа через призму евангельских ценностей. Задача церкви в пределах учебных учреждений – очеловечивать, а не проповедовать. Для проповеди есть амвон, для катехизации – приходские воскресные школы. На факультативных занятиях, иногда на информационных часах будут интересные беседы о смысле жизни и служении людям, о дружбе и чести, о любви и влюбленности, о здоровом образе жизни и чистоте сердца. И не нужно думать и пугать людей, что с 1 сентября высадится десант священников и побежит в школу учить детей церковно-славянской азбуке. Это мы уже проходили такие пугалки. 

- Марат Марков: То, о чем вы говорите, это как раз и есть база, на которой вообще само понятие «образование» или «образованный человек» должно формироваться. Это очевидно. Хорошо, тогда проповедь и пропаганда. Может ли священник обсуждать с паствой общие проблемы общества, разъяснять подоплеку событий, значимость этих событий? Как соблюсти баланс между небом и землей, о чем можно говорить с амвона, а о чем не стоит?

- Федор Повный: Храмы – это не политические трибуны. Не площадки для предвыборных или послевыборных дебатов, не место для громких обличений. До проповеди на амвоне священник стоит со Святой чашей и причащает всех, стоящих в храме. И все они едины во Христе. И неужели Сын Божий спрашивает у причастника: ты за белых или за красных? Он вопрошает: веришь ли ты, любишь ли меня, со мной ли ты, выполнил ли ты заповеди Отца моего, примирился ли с тебя опечалившим? А проповедуя, священник держит распятие, чтобы не забыть, от чьего имени он говорит. И естественно, он будет говорить о Царстве Божьем и о том, как стать его гражданином. Обсуждать острые проблемы общества, разъяснять духовный смысл резонансных событий – это формат беседы. Возможно, частной. Возможно, публичной. Но за пределами храма, вне контекста Божественной литургии. Но и тогда священник несет ответственность за каждое произнесенное слово. И все же главная задача священнослужителя – это молитва. Как ни странно, об этом напомнил первым всем нам Президент, выступая в Гродно.

- Марат Марков: Я понимаю, конечно, что мнение на то или иное событие в церкви формируется соборно. Это посыл, который вытекает из того, что вы сказали. Учитывая не только мнение прихожан и священноначалия, но и огромный исторический опыт. Так логика подсказывает. Почему тогда некоторые священнослужители все-таки пошли на поводу у собственных взглядов и начали транслировать эти взгляды своим прихожанам?

- Федор Повный: Это тоже урок 2020 года, только для церкви. Он показал слабое звено, которое нужно исправлять. Пожалуй, в семинарии, академии тоже нужен факультатив по патриотическому воспитанию и информчас. Может быть, это и в шутку сказано, но в каждой шутке есть доля шутки. Думаю, что, как и всех живых людей, некоторых священнослужителей захлестнули эмоции. Они стали жертвами информационного насилия. Нужно сказать, что многие искренне полагали, что это их взгляд, что они выступают против лжи и издевательства над людьми. Но так ли это? Если бы это был по-настоящему евангельский взгляд, в духе Евангелие, а не под его прикрытием, то все было бы по-другому. Есть группа священников, которая вошла в церковь в мое время как диссиденты, отрицавшие советскую власть. И это диссидентство стало второй натурой даже когда все поменялось. Есть еще так называемые церковные либералы, которые всерьез обсуждают, а порой осуждают священноначалие, административные промахи, недочеты, критикуют архиереев, помышляют о реформировании церкви, спорят о ее канонах. Часто они интеллектуальны, образованны, начитаны. Но в церкви важна молитва, послушание и смирение, а не экспертное мнение.

- Марат Марков: Очень хочется, чтобы вас услышали.

- Федор Повный: В любом случае, их не так много. Просто они заметны. Священник, который служит Богу и церкви, спасает и свою душу, и паству, ремонтирует и строит храм, пытается жизнь людям, кормит свою семью – разве ему есть когда заводить аккаунт в соцсетях, обращать на себя внимание «какой я праведный». И уже на земле – в Царстве Божьем. Встречаться доводилось с разными священниками. Но мне вспоминается Путч в Москве и действия патриарха Алексея II. Он упросил Третьяковскую галерею на время дать образ Владимирской иконы Божьей Матери и обнес ею Москву. А потом пригласил противоборствующие стороны, посадил за стол и сказал, что из комнаты никто не выйдет, пока не найдут путь к примирению.

- Марат Марков: А если другую сторону посмотреть? Что делать мирянину, если его личная гражданская позиция не совпадает с церковной или личным мнением батюшки?

- Федор Повный: Не писать в «Телеграме» или «Фейсбуке», не становиться в позу, не жаловаться в Епархию. Вдохнуть глубоко и выдохнуть. И сказать: Господи, я к тебе иду, помоги мне тебя не потерять, помоги мне сохранить мирный дух. И помолиться. И о таком священнике тоже. Верующий человек в храме ищет не священника, а Бога. Святые дары присуществляются благодатью Святого Духа даже у нерадивого батюшки. И уж литургию не изменит ни одна гражданская позиция. Все проходит. И это надуманное противостояние пройдет и забудется. Дай Бог, чтобы это прошло весьма скоро. А если нужен духовный совет священника, то нужно будет искать того, кому доверяешь. Ведь раньше, до разлада, люди находили себе тот приход, который по душе был. Ведь все мы изначально очень разные, и наше доверие друг к другу основывается на симпатии и схожести взглядов.

- Марат Марков: Это правда, чувствуется сразу: твое или не твое. Я помню, молитва «За Беларусь» в 2010 году, молитва 2021 года за Беларусь и единство народов во всех храмах. Вы видите взаимосвязь?

- Федор Повный: Наверное, не будет до конца верным искать во всем взаимосвязь. С одной стороны, совпадают события и названия. Однако, с другой стороны, их суть и масштаб совершенно разные. Молитва за Беларусь в этом году уже пишется без кавычек, потому что это действительно молитвенный труд и просьба к Богу о недопущении братоубийства и войны, а не культурное мероприятие, пусть и призывающее к единству и согласие. Белорусы молились в храмах, костелах, мечетях, синагогах, молитвенных домах. Каждый на своем языке и в своей традиции, но об одном молились – сохранить наш общий дом, нашу Беларусь.

- Марат Марков: Не скрою, отец Федор, вас можно слушать до бесконечности. Но я вынужден задать последний вопрос нашей встречи. Сегодня великий православный праздник, Преображение Господне. Своим преображением Спаситель показал людям, какими станут они в будущей жизни, в Царстве небесном, и как преобразится весь наш земной мир. В миру этот праздник еще называют Яблочным спасом. Очень светлый и красивый день, и название красивое. Так что мы должны сделать, чтобы жизнь была максимально светлой, а не яблоком раздора?

- Федор Повный: Да, действительно, в день Преображения приносим мы в храм яблоки, груши, виноград, овощи. И на миг сам храм претворен снова в Таинственный сад, в тот блаженный рай, в котором началась жизнь человека и встреча его с Богом. И как тогда тот первый человек раскрыл свои глаза и увидел этот мир, о котором Бог сказал, что все в нем хорошо весьма. И обрадовался, и возблагодарил Бога. Так и мы, как будто в первый раз видим мир как отражение Божьей мудрости и любви, и радуемся и благодарим. И в этой радости и благодарении очищается, обновляется и возрождается наша жизнь. Нет, не отрицает церковь материи и не отвергает ее, а напротив, ее одухотворяет. И потому в ней с радостью и благодарностью ощущаем мы Дар Божий. А как же со злом, спросите меня, как со страданием, как со смертью? На это отвечу. Если до конца просветимся мы этим светом, если подлинно примем в себя это освещение, то начнется в нас самих победа над злом. Ведь живем мы в мире, в котором жил и вечно пребывает Христос. И ничто не разделит нас с ним, если мы увидим его, полюбим его, отдадим себя ему. И во всем мире увидим свет его присутствия, его любви, его победы. Как только это произойдет, мы поймем нужды ближнего и утешим его печали, и обнимем его, и примиримся друг с другом. И тогда то яблоко, которое мы освещаем в этот день, не станет яблоком запретного райского плода, но тем яблоком, которое приведет нас к вечности.

Подписывайтесь на нас в Telegram

Другие новости на ont.by